Собственно, основная картина была ясна, оставалось только решить, зачем один человек так настойчиво ищет другого, и как это затрагивает интересы страны. Тот факт, что оба интересовались картами, настораживал. Возможно, оба они диверсанты, чья задача состоит в порче каких-то объектов.

В дверь осторожно постучали, Одри встрепенулся, потом велел входить.

— Господин капитан, есть новая информация о первом объекте, — сказал молодой сержант, едва переступив порог кабинета.

Первый объект и второй объект, так их именовали.

— И что там?

— Полиция города Венден доложила, что он у них, живёт в гостинице уже почти десять дней, читает книги, пользуется картами страны, а недавно купил оружие.

Это было уже серьёзно.

— Что за оружие?

— Насколько мы смогли выяснить, дальнобойную охотничью винтовку, он ещё говорил при покупке, что она ему нужна для охоты на зверя, большого зверя.

— Ясно, он планирует теракт, политическое убийство, — Одри резко вскочил с места, тут же заскрипев зубами от боли в ноге и скомандовал, — немедленно отправляемся, до Вендена ходит прямой поезд?

— Нет.

— Тогда найдите автомобиль. Долго добираться?

— Часа четыре.

— Тогда отправьте со мной Севера и Скотта, пусть захватят оружие. Отправляемся на задержание.

Капитан никогда не совершал столь дальних поездок на автотранспорте, а потому сильно переоценивал комфорт этого средства передвижения. К тому моменту, когда они подъезжали к пригороду Вендена, тело его совершенно затекло, зад болел от постоянных прыжков на колдобинах, к тому же пыль и выхлопные газы едва не вызвали у него удушье.

Встретил их начальник местной полиции, но от предложенной помощи Одри отказался. Попросил только указать адрес, а захват будут производить они сами, предоставив местным освободить улицу от ненужных зевак. Собственно, захват он представлял себе делом простым, он оставит снаружи Севера и Скотта, а сам войдёт в номер с револьвером наготове. Полицейского жетона и нужных слов должно хватить, в ином случае он задействует револьвер.

После недолгого разговора с владельцем гостиницы, они узнали очередное (уже третье) имя разыскиваемого. Одо Тодд. Имя как имя, особой фантазией странный человек не отличался. Сейчас они его возьмут, а как пойдёт дальше, покажет время. Очень не хотелось бы, чтобы тайна, скрываемая этими двумя, оказалась никому не нужной.

Север и Скотт, оба похожие, словно близнецы, верзилы, привыкшие в считанные секунды укладывать самых опасных преступников мордой в пол. Можно сразу использовать их, но Одри предпочитал другие методы. Проверив, легко ли достать револьвер из кобуры под полой пиджака, он постучал в дверь номера.

— Войдите, — сказал голос из-за двери, после чего капитан открыл дверь и перешагнул порог.

Виньер с интересом рассматривал вошедшего. Пожилой мужчина, одет хорошо, но небрежно, на щеках основательная щетина, а глаза красные от недосыпа. Капитан, в свою очередь, рассматривал неизвестного. Одет с иголочки, чисто выбрит, коротко стрижен. Взгляд умный, смотрит прямо и уж точно не испытывает страха. Он явно куда-то собирался, посреди комнаты стоял рюкзак, набитый разнообразным добром. Сам постоялец тоже собран, только пальто лежит на столе прямо перед ним. Это-то пальто более всего взволновало Одри. Он не видел рук противника, в которых тот мог держать всё, что угодно.

— Добрый день, господин Тодд, — медленно проговорил Одри, плавно смещаясь по комнате, но стараясь не приближаться вплотную. — Или, может быть, лучше называть вас Штольц. Сказать по правде, запамятовал ваше третье имя.

— Крузе, Пабло Крузе, — подсказал Виньер так и сидевший за столом с каменным выражением на лице. — А с кем имею честь?

— У меня имя только одно, — капитан с опаской присел на стул с противоположного края. — Одри, Гейнц Одри. Капитан, начальник особого отдела полиции.

С этими словами он достал из кармана жетон и показал Виньеру.

— И чем занимается ваш отдел?

— Ловит шпионов и диверсантов, война — это такое время, когда подобной публики становится много.

— Замечательно, — Виньер позволил себе улыбнуться. — А теперь потрудитесь сообщить мне, какой интерес имеет тайная полиция до моей скромной персоны?

Виньер мог бы гордиться своими лингвистическими способностями, говорил он, хоть и медленно, но не допускал ни одной ошибки.

— Вообще-то… — начал Одри.

— Избавьте меня от банальной фразы, капитан, — перебил его Виньер. — Вопросы здесь задаю я, — это вы хотели сказать? Поспешу вас огорчить, ваша власть эфемерна, требовать чего-либо от меня вы не можете, поскольку вам это обойдётся дороже. То, что вы подозреваете меня в шпионаже, — ваша проблема. Если хотите просто поговорить, я не против, время у меня пока есть. И не трогайте револьвер, вы не успеете даже достать его, а тем более, выстрелить.

— Вы так уверены в себе? — Одри постарался придать лицу надменное выражение, но рука, потянувшаяся к револьверу, всё-таки опустилась.