— Эвелин.

Я успела! Винс открыл дверь и вошел в ванную комнату. Он выглядел сокрушенным, расстроенным и сердитым:

— Извини. Я не хотел так с тобой обращаться, я пытаюсь тебя защитить. Я знаю, что ты этого не понимаешь, но так оно и есть.

Он посмотрел на меня, и я мгновенно почувствовала, как мое тело против моей воли реагирует на Винса. Усталость исчезла, как будто ее никогда не было. Почему мой похититель не мог быть уродливым толстяком с кривыми зубами? Винс снял свитер, открыл крышку корзины для белья и бросил свитер внутрь. На мгновение я подумала, что все пропало — что Винс найдет тест-полоску и больше не выпустит меня из этой комнаты. Но он просто бросил свитер и повернулся ко мне.

«Повезло»

Мой взгляд нечаянно зацепился за мускулистый торс Винса, а затем перешел к его выразительному лицу.

«Стокгольмский синдром»

— Тебе уже лучше? — его голос звучал хрипло, я сглотнула и сумела кивнуть.

— Да.

Винс подошел ко мне и уткнулся лицом в ямку между плечом и шеей. Моя кожа начала покалывать, а мои соски сильно прижались к внутренней части лифчика.

— Я хочу тебя, Эвелин, я больше не могу ждать.

Его слова расплавили оставшуюся часть моего самообладания. Мои руки скользнули по спине Винса. Его кожа была горячей, и я внезапно почувствовала необходимость прижаться к нему. Мои чувства к нему полностью вышли из-под контроля. Прежде чем смогла остановиться, я вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг. Это была абсурдная ситуация, жертва искала защиты у преступника. У меня действительно должно быть серьезный умственный ущерб, и это было намного хуже, чем я опасалась.

Винс положил руки на мою задницу, и я обвила ноги вокруг его бедер. Я почти не заметила, как он вынес меня из ванной и понес к кровати, в то же время я почувствовала нестерпимое желание поцеловать его.

Я открыла губы. Винс понял эту просьбу. Со стоном, его язык проник мне в рот, когда он положил меня на кровать и наклонился надо мной. Между моими бедрами возник жар. Винс подсунул руку под мой свитер и начал поочередно мять мои груди. Я выгнулась ему навстречу.

— Винс, — это все, что смогла произнести я.

Он прижался своей эрекцией к моему животу.

— Я единственный, кто трахает тебя, единственный, кто владеет тобой, ты понимаешь это, Эвелин?

Это определенно был волк, что говорил в нем… и это меня возбуждало.

Без предупреждения Винс разорвал мои свитер и лифчик. Волна томления пронзила мои соски. Винс поочередно с жадностью облизал их, слегка прикусил и втянул в рот.

— О боже… да, — прохныкала я.

Мои твердые соски посылали волны экстаза через мое тело, которые взрывоопасной похотью собирались меж моих бедер. Дрожащими пальцами я добралась до джинсов Винса, скользнула рукой внутрь и коснулась горячей пульсирующей плоти. Он протяжно застонал, когда я медленно заскользила по его стволу снизу вверх от основания к набухшей головке.

— Мне нужно больше, чем это, — рыча прохрипел он, садясь, стягивая с меня штаны и трусики. — Такая мокрая и готовая, — проурчал Винс, медленно поглаживая сочащиеся желанием внутренние складочки.

Одной рукой он расстегнул свои джинсы и спускал их, пока не обнажил свой твердый член. Он был слишком нетерпелив, чтобы полностью снять штаны. Желтые искры его радужки почти вытеснили человеческий зеленый цвет, его зрачки были расширены и почти неподвижны.

«Это не кажется отталкивающе чужим», — должна была признать я, раздвигая свои бедра, чтобы позволить Винсу прижаться членом к моему входу.

Я застонала, когда он одним жестким толчком погрузился в меня, и мои внутренние мышцы сжались вокруг его ствола.

— Больше не борись с «нами», Эвелин, — прорычал Винс сквозь стиснутые зубы, начиная трахать меня глубокими толчками.

Медлительность его толчков сводила меня с ума.

— Пожалуйста… дай мне больше, — умоляла я, пытаясь выгнуться навстречу Винсу, чтобы он брал меня сильнее и позволил мне кончить.

Он просунул руку между нами и начал массировать мой клитор, продолжая трахать меня с мучительной медлительностью.

— О боже… да, — было единственным, что сорвалось с губ, когда мое тело начало дрожать, а мои мышцы жадно сжали твердую плоть еще крепче.

Я не могла вспомнить, что когда-либо кончала так жестко и интенсивно. Я с жаром желала момента, когда Винс набухнет и разрядится во мне своей горячей спермой.

«Я хочу его. Он мне нужен. Я принадлежу ему»

Я распахнула глаза, как будто только-что вынырнула из глубокого сна. Я принадлежала ему… это было так просто, но также и трудно прийти к этому рубежу, принять его. В тот момент, когда я приняла это, мои сердце и разум были наконец едины. Я притянула Винса к себе, чтобы поцеловать его. Он вернул поцелуй, сначала удивленный, но потом жадный и голодный.