Ее лоно сильно увлажнилось, покрывая смазкой его головку. Черт. Райли была так близка к тому, чтобы снова кончить. Арамус переключил свое внимание на вторую грудь, уделив ей такое же внимание. Райли восторженно застонала.

Забыв о скольжении члена по клитору, Арамус вошел головкой в лоно.

«Туго, так эротично, чертовски узко. Идеально. Моя».

С постоянно повторяющейся собственнической мыслью Арамус толкнулся, глубоко погружаясь в ее бархатистое лоно, и не смог сдержать стон из-за восхитительного ощущения. Ее гладкие мышцы сжались, как тиски, вокруг члена, не желая отпускать. Арамус чуть не потерял самообладание. Но он был киборгом. У него было больше контроля. Вроде бы.

Он отстранился, неохотно покидая теплое лоно. Когда только головка осталась внутри, Арамус ринулся вперед так глубоко, как только мог, войдя в Райли по самое основание члена. Девушка издала высокий пронзительный стон и вцепилась в его спину. Арамус отступил и толкнулся обратно, сильно и глубоко. На этот раз Райли коротко вскрикнула. Казалось, он нашел ее точку G, чем и воспользовался в полной мере. Длинными, размеренными движениями Арамус входил и выходил из лона. Каждый выпад задевал точку G, из-за чего ее мышцы напрягались. Лоно Райли становилось все уже и уже, пока она с громким криком не достигала кульминации. Ее оргазм был диким и интенсивным, подтолкнув Арамуса к собственному освобождению. Он потерял весь самоконтроль, присоединившись к Райли в наслаждении, и не смог удержаться от мысли:

«Я никогда не смогу отпустить ее».

Глава 19

Святые небеса, она получила больше, чем рассчитывала… в хорошем смысле. Арамус чуть ли не прибежал к ней, сгорая от желания и не в силах сопротивляться. Райли растаяла, когда увидела его внутреннюю битву. На этот раз выражение лица Арамуса не было настороженной маской, отражая борьбу страсти с опаской… и тоской.

Он хотел то, что она предлагала, но продолжал не доверять. Впрочем, Арамус просто не мог ничего с собой поделать. Они занимались любовью. Дикой, невероятной любовь. Даже когда Арамус кончил, выкрикнув ее имя хриплым голосом, то не забыл о ней. Вместо того чтобы рухнуть на нее, — раздавив и убив — он вспомнил о ее более хрупкой человеческой природе и перекатился, не выходя из лона, распластавшись на спине и разместив Райли на своей груди.

Отдышавшись, она, прижимаясь щекой к его коже, заметила что-то странное и не смогла сдержать вопрос, несмотря на интимный момент:

— Почему я не слышу, как бьется твое сердце?

— Потому что у меня его нет.

Ответ поразил настолько, что Райли приподнялась и посмотрела ему в лицо.

— Что, прости? Мне показалось, как ты сказал, что у тебя нет сердца.

Кривая усмешка изогнула его губы, смягчая резкие черты лица.

— Ты все правильно услышала. У меня нет сердца. Одно из моих усовершенствований заключалось в удалении органа и замене на более эффективный механизм.

— И он качает твою кровь? Сохраняет тебе жизнь?

— Да.

Она с облегчением вздохнула.

— Ох, слава богу. На минуту мне показалось, что у меня только что был потрясающий секс с мертвым парнем.

— Мои действия доказали, что я был более чем жив, — усмехнулся Арамус.

Из Райли вырвался смешок.

— Прости. Просто если подходить к данному факту с логической точки зрения, то, при отсутствии сердцебиения, ты думаешь, что парень был либо вампиром, либо зомби.

— Ты сравниваешь меня с вымышленными персонажами?

— Это не попытка оскорбить. Я люблю читать романы, где вампиры соблазняют девушек.

— За исключением того, что сейчас ты соблазнила меня.

— Ага, так и есть, — усмехнулась Райли. — Если честно, то я рада, что нашла в себе мужество на подобное.

— Мы оба проявили мужество.

— Ты же сейчас не сбросишь меня на пол и не убежишь, верно?

На мгновение что-то промелькнуло на его лице… сожаление, печаль… или что-то еще? Но его слова развеяли страхи Райли.

— Нет. До тех пор, пока мы летим на одном корабле, я не буду избегать тебя.

Что-то в формулировке фразы задело ее, но Райли так и не определила что именно.

— Боже, как романтично.

— Если ты ожидаешь, что я превращусь в слащавого, болтающего стихи идиота, то подумай еще раз. Я не умею произносить цветистые речи. Не делаю комплиментов. И не обнимаюсь.

— Тогда как ты называешь то, что мы делаем? — она заерзала и выгнула бровь.

Медленная, озорная улыбка растянула губы Арамуса.

— Готовимся ко второму раунду.

Арамус снова занялся с ней любовью, но на этот раз медленно и с благоговением. Он исследовал ее тело руками и ртом. Для мужчины, который утверждал, что не делает комплименты, своими действиями он доказывал обратное. Арамус поклонялся каждому дюйму ее тела, обращаясь с Райли как с храмом.

Она никогда не чувствовала себя более красивой и желанной. Несколько дней они провели в блаженстве, расставаясь только тогда, когда ему нужно было посетить мостик. Они вместе ели. Вместе спали. Вместе мылись и занимались любовью бесчисленное количество раз.

Но сексом дело не ограничилось. Райли рассказала ему о жизни, которую вела раньше, а Арамус благодаря мини-допросу поделился историей о своем освобождении и о том, как он пришел в сознание. Теперь она понимала, насколько травмирующий опыт получил киборг. Увидела его возмущение тем фактом, что, в отличие от других киборгов, он почти ничего не помнил о своем прошлом. Райли слышала нежность в его тоне, когда он рассказывал о своих друзьях, и была совершенно уверена, что Арамус, мистер я-ничего-не-чувствую, понятия не имел, как светлело его лицо при воспоминании о шалостях и миссиях, которые они провернули. Пока они болтали, Арамус ни разу не заговорил о своей ненависти к людям. Райли решила, что он, наконец, начал ей доверять. Решила, что теперь Арамус будет о ней заботиться.