Повезло парнишке новичку. Смысла его убивать теперь нету. Счастливчик какой. Третий раз за этот день заново рождается.

– Даш, – ставлю винтовку на предохранитель и легонько подталкиваю задремавшую дочь в плечо. – Пошли назад, что-то тут сегодня шумно, завтра придём.

Нужно ковылять отсюда поскорее, пока новичок не рассказал прибывшим на подмогу товарищам о стрелке-спасителе и меня не начали искать.

Атмосферники уже над местом боя. Один завис и начал приземляться, а второй, не снижая скорости полетел прямо к нам. Похоже вычислили и бежать поздно.

– Твою за ногу, – вынимаю обойму с «Тихими», вставляю бронебойные.

Энерговводы разгонников мерно загудели наращивая мощность. В случае неприятностей эти болванки легко прошьют атмосферник насквозь, но очень не хотелось бы загрызаться с превосходящими силами противника.

Одно дело мочить партизанящих корпов, которые даже не поняли что по ним стреляют. Другое – связываться с парнями из ГиО, которые моментально обнаружили моё укрытие с расстояния в полтора километра.

Атмосферник быстро сократил расстояние и завис напротив скалы где мы засели. Прятаться бессмысленно, в этом летуне небось полно датчиков обнаружения созданных для поиска именно живого противника. Я привстал на одно колено и уложил цевьё винтовки на согнутую в локте руку. Поза – я не угрожаю, но навалять, ежели чего, смогу.

Шум рео-турбин постепенно затих, аппарат медленно снизился и опустился на камни в десятке метров от скалы где мы расположились. Боковая стенка корабля откинулась, выпустив трап, из люка неспешно вышла фигура в серой броне. На груди золотом блестит маленький перевёрнутый щит – Элита. Лучший из лучших охотников. Выше только облака и звёзды, круче только яйца варившиеся половину дня.

– Привет брат, хмм… – помахал рукой элитник, осёкся заметив мой белый значок и усмехнулся. – Эмм… Вот это да.

– Удивлён? – я гордо сделал вид, что смахиваю со своей девственно белоснежной бляхи невидимые пылинки.

– Не очень, – пожал плечами элитник. – В гильдию часто вступают воины с большим опытом. Полагаю ты из таких, а цвет твоего значка сменится очень быстро.

– Будем посмотреть.

– Что тут смотреть? Все трофеи возле того карьера твои, – охотник небрежно махнул себе за спину, где у выгребателя уже оказывают помощь пострадавшим гильдийцам. – А ещё благодарность от нашей команды. Если бы не ты, моим людям пришёл бы конец, а так отделались ранениями.

– Ну они и так неплохо держались. Жаль я подоспел в последний момент, мог переломить исход битвы в самом начале, но… – я развёл руками в знак сожаления.

– Да мы же тут уже… – влезла Даша, но я вовремя закрыл ей рот рукой. Сколько раз учил что нельзя лезть во взрослые разговоры, да всё без толку.

– Помалкивай, – строго цыкнул я на неё.

– Ученик? – усмехнулся элитник кивнув на мелкую, снизу ему не видно кто возле меня, но думаю он уже всё увидел в визоры атмосферника ещё пока летел сюда.

– Хуже. БОЛТЛИВЫЙ ученик, – вздохнул я, и видя что дочь хочет что-то возразить поспешно добавил. – Который получит по заднице, если вякнет ещё хоть одно слово.

– Ладно, меня называют Золотой Хрен, но для друзей просто… Золотой, – охотник приглашающе махнул внутрь атмосферника. – Забирайтесь на борт, поможем вам трофеи собрать и доставим куда скажете.

Я скептически оглядел транспорт охотников. Как себя вести? Принять приглашение? А вдруг подстава? Схватят и обезоружат? Хотя не похоже. Золотой вышел без оружия и шлема, а значит доверяет незнакомому человеку только потому, что тот тоже охотник. Видимо, какие-то правила хорошего тона между гильдийцами всё-таки существуют. Например: не убивать друг друга без веской причины. Интересно, мой крутой винтарь тянет на такую или нет?

Можно, конечно, не рисковать, послать элитника куда подальше и гордо поплестись к рарику пешком, но правда в том, что помощь мне всё-равно необходима. Я чёрт знает где с минимумом синьки и разбитым корабельным накопителем. Те трофеи что сейчас раскиданы возле заброшенного карьера мне очень пригодятся. В одиночку я просто побоюсь их собирать, вдруг партизаны опять нагрянут и застанут меня за этим делом? Да и как запихнуть столько голов в ту банку что осталась в рарике?

К тому же я устал, ноги гудят, глаза слипаются. Тащиться пешком к кораблю, нести метровый накопитель на горбу и попутно вынимать мелкую из трещин между камнями? Нафиг! Пусть меня пристрелят сразу. Потому как, если охотники решат за нами проследить, то всё-равно легко проследят. Сейчас я им не соперник. Придётся довериться. Да и вероятность, что меня решат пристукнуть люди, товарищей которых я только что спас, мала. Как мне кажется.

К тому же подвернулся отличный шанс влиться в охотничий коллектив на правах героя-спасителя, а не как очередной новичок. В подобных формированиях всегда ходит множество слухов, а первое впечатление оно самое важное, глядишь поимею какие-нибудь преференции.

– Что скажешь, – повернулся я к мелкой. – Прокатимся?

– Ура! А то у меня ноги уже отваливаются по камням бродить, – с облегчением выдала дочь.

Внутри атмосферник оказался пустотелым прямоугольником с минимумом удобств. Только сиденья рядами, как в микроавтобусе, да пустая площадка сзади, уже заваленная разным хламом. Видимо хабар, собранный в каком-нибудь логове партизан, которое охотники обыскали до встречи с нами.