— Ты любишь его? — Ран старался удержать эмоции, и у него это практически получалось. После такого шага вперёд в отношениях со своей признанной дарой он не мог рисковать из-за собственной несдержанности и ревности, которая охватывала всё его существо при мысли об эрде Ледяного предела. Вал... Валардрагон Ашха. Сомнений не было — это именно он.

— Безмерно.

Одно слово, но столько в нём было скрыто силы и смысла, что Аранагон проникся им. Он скрипнул зубами, но всё равно улыбнулся своей такой серьёзной, сильной, и в то же время нежной, ранимой избранной.

— Найдётся ли в твоём сердце, — он коснулся моей груди, а потом виска, повторяя мои жесты, — место для ещё одного дракона?

Я не могла сразу ответить «да». Но и для «нет» не было места. Ответила официально:

— Жизнь покажет, лаэрд Ран Огненный. Но здесь, — я снова коснулась виска, — вы уже заняли место.

***

В следующие после разговора с Ашшерой сутки время тянулось очень медленно, как бывает всякий раз, когда ждёшь новостей. Это нервировало. Но хуже было от присутствия Рана в доме. Откровенный разговор с Огненным драконом не добавил мне спокойствия и уверенности. Разбередил чувства, остро царапая, как глубоко засевшая заноза.

Мысли о словах Огненного плотно переплетались с воспоминаниями о Валардрагоне. Пугало то, что оба дракона ощущались моими одновременно. Я не могла признать, что готова начать отношения с Раном, отпустив при этом Валардрагона. Нет. Я могла начать отношения с Огненным, но и Ледяной оставался моим. Это не было раздвоением чувств. Не было чем-то делимым напополам. Они были чем-то цельным в союзе со мной в моих мыслях, сердце, душе. Разве так бывает? Двое мужчин, таких разных и одновременно одинаковых, но оба желанных.

Ран освоился и окончательно перетянул на себя внимание моих младших детей. Даже Эль заинтересованно слушал занимательные рассказы о стране Огненных драконов, морских путешествиях, диковинных островах. Одна Лола всё так же обходила дракона по широкой дуге, испытывая страх жертвы перед хищником.

Но всякому ожиданию приходит конец. На следующий день вечером в окно нашего дома постучал посланник от Арахнидов. В тот момент в доме я была одна. Лола отпросилась в Зелёные Холмы на праздник благословения Наргалом младшего братика. Остальные ушли на реку за рыбой, снимать сеть. Я спокойно отпускала детей с Элем. Дракон решил пройтись с ними, чтобы оценить свои силы. Совсем немного, и он будет способен уйти к себе. Ран быстро восстанавливался. Скорое расставание неотвратимо приближалось. От этого в груди болезненно тянуло, и меня охватывала растерянность, смешанная с грустью. Он уйдёт в земли Огненных, а мы весной уйдём в ковен лаэрда Номерея. И больше я его не увижу... И снова одиночество поглотит меня. Может быть, в снах я смогу увидеть Рана так, как видела Валарда.

Посланник принёс неутешительные новости. Верп не свернул, а очень даже быстро приближался к Зелёным Холмам. Далее медлить было нельзя.

Я сразу же переоделась в костюм наёмницы, взяла свой лук, закинула колчан за плечи и вышла к Арахниду. Мужчина, несмотря на мороз, был в неизменной одежде из кожаных ремешков, между которыми виднелась смуглая кожа. У Арахнидов была отменная терморегуляция. За спиной у мужчины были парные мечи. Он подал мне руку для опоры и присел на лапах, чтобы я взобралась к нему за спину. Сидеть на паучьей части мужчины было комфортно. Кожа под ремешками на ощупь была прохладной и очень плотной. Арахнид легко бежал по снегу, унося меня к месту расположения колонии Ашшеры.

Позади оставался мой дом, дети, Эль, Ран.

Дракону я ничего не стала рассказывать. Он был слаб и уязвим на чужой территории. Просить его о помощи тоже не стала. Если мой дом стоял фактически на границе Ледяного предела, то навстречу верпу я направлялась вглубь страны. А это погибель для Огненного дракона, который находится на территории Ледяных драконов нелегально.

С Элем я имела серьёзный разговор вчера. Мальчик не одобрял моего участия в охоте. Но не так явно. Скорее, я поняла это по сжатым в нитку губам и недовольно раздутым крыльям носа. Он порывался пойти со мной, помочь, но понимал, что, как маг, в данной ситуации он будет только приманкой и слабым звеном, которое придётся кому-то защищать. Магия привлекала верпов даже больше, чем люди. Я сейчас выглядела магом, о чём мне напомнил Эль. Сын усомнился в моих возможностях, но я была очень убедительна, напомнив ему, что я не существо, рождённое на Истрее, и моя магия была со мной даже тогда, когда я выглядела для всех человеком.

Полностью в свой план Эля я не посвящала. Только в общих чертах пояснила, что действовать буду заодно с Арахнидами, и пообещала, что зря рисковать не буду, но напоследок взяла с мага клятву, что в случае моей гибели он отведёт детей к лаэрду Номерею. Это было в моём завещании, записанном на пергаменте. К завещанию прилагалось пять писем: для Лаарда Номерея, Валардрагона, детей, Рана и Арчи. Я была не настолько самоуверенной, чтобы реально не оценивать риски. Моя дорога могла оказаться путём в один конец.

***

Арахнид привёз меня в пещеру к Ашшере. Паучиха выделила половину своих самцов для реализации плана. Тактика и стратегия охоты была продумана мною заранее. И теперь до конца дня мы обсуждали детали с отрядом Арахнидов. Все выделенные мне самцы были немолодыми тренированными воинами. Но они большей частью были солдатами, привыкшими подчиняться кому-то одному. В колонии это была самка. Но Ашшера с нами, естественно, не шла. Поэтому она передала командование своему старшему самцу Шиару, но под моим руководством. Решающее слово оставалось за мной.