— И это всё, от любви к Вам? — внезапно развеселился Александр. — Мне даже неинтересно знать, что будет… хм… в противном случае…

— Прошу Вас озвучить чётко «противный случай», — с какой-то весёлой злостью вставила Мари, — Ваш друг, вон, все точные формулировки записывает. Чтоб было не подкопаться.

– Что будет, если профессор этой школы Александр Грэг ВДРУГ влюбится в самоуверенную вертихвостку с улицы — в мисс Мари?

— Да, — снова вклинился ректор, — как мы узнаем, что он нам не соврёт о своих чувствах…

— Это просто. Тогда на Рождественском обеде вышеупомянутый профессор встанет и перед всей школой объяснится мне в любви. В противном случае, я буду признана проигравшей и навсегда покину этот дом…

— Логично, — радостно закивал Денис, — Грэг, ты готов? Предвкушаю весёлое Рождество! Пожмите друг другу руки, дети мои! Пари вступает в силу!

Двое, не отрывая яростных взглядов друг от друга, сцепили руки. Третий, радостно усмехаясь, ребром ладони символически разбил «замок».

ГЛАВА 7.

На следующий день у Мари занятие было в первой половине дня. Поэтому сразу после обеда она планировала пойти прогуляться в парк. Она не пригласила с собой ни Лидию, ни Тома — ей нужно было подумать.

«Господи, во что я ввязалась?! — размышляла девушка, шагая по мощёной гравием дорожке, — где была моя голова?! Как я, вообще, вляпалась в эту авантюру? Какое нелепое, нелепое пари!»

На её памяти она лишь раз так взорвалась и, не выбирая слов, наговорила всякого: полгода назад, когда Гарри, аргументируя, тем, что они с Мари «остались друзьями», попросил её научить Веронику готовить. Девушка тогда, буквально словесно раздавила бывшего недо-мужа, высказав ему без обиняков, всё, что думает и о его «инфантильной незамутненности», и о его чёрствости и эгоизме по отношению к другим.

«В тот раз мне было просто стыдно за всё сказанное, — вспоминала Мари, — А сейчас всё гораздо, гораздо хуже. Профессор Грэг — не снисходительный безобидный Гарри. Он не станет церемониться и делать скидку на то, что перед ним дама… С полагающимися ей истериками, бездумными заявлениями и полной алогичностью. Отвечать придётся за каждое слово.»

«А ведь мне только начало здесь нравиться, — терзала себя Мари, — Я только-только начала чувствовать себя хоть кому-то нужной. Да и работа с детьми оказалась, на удивление, приятной и интересной. А теперь что же?! Из-за какого-то вздорного неприятного типа, с которым мы, в общей сложности, за всё это время и парой фраз не обменялись, придётся всё оставить и вернуться в гнилое болото, на которое последние месяцы была похожа моя жизнь»…

«А чему, кстати, так радовался дядя Ден?! — вдруг спохватилась девушка, — Он что же, не понимает, что я себе обозначила задачу аб-со-лютно невыполнимую?! Даже в нормальных условиях и с адекватным «объектом», это очень сложно и, в большинстве случаев, просто нереально. А тут же ситуация во сто крат хуже. Какой-то дикий безумный сюр!»…

— Не так быстро, мисс, — вдруг разорвал её мысли надменный низкий голос, — мы с Вами ещё не закончили…

Мари в ужасе повернулась. Да, никаких галлюцинаций: перед ней стоял и ехидно ухмылялся профессор Грэг собственной персоной.

— Не понимаю, Вы что же меня, преследуете?!

— Не забывайтесь, коллега! Вы здесь без году неделя, а это моё обычное место для послеобеденных прогулок.

— Вы… ГУЛЯЕТЕ?!!! — искренне изумилась девушка, — я думала, Вы целыми днями только и делаете, что орёте, уничтожаете взглядом всех, кто попадётся на пути и решаете какие-нибудь математические ребусы…

— Это что, была заявка на остроумие? — профессор иронично вздёрнул бровь, — хотя, чего было ожидать…

— Да нет, — искренне заверила Мари, — я просто не ожидала, что у Вас случаются моменты, когда Вы будто бы нормальный…

— Жаль, у Вас таких моментов не «случается»!.. Итак, «нормальная» мисс Мари, я, всё-таки хотел бы прояснить для себя один вопрос: каким образом вы состряпали всё это дельце с записками?

Девушка устало вздохнула, огляделась, как бы ища поддержки у окружающих деревьев, и принялась объяснять:

— С запиской дяди Дениса, надеюсь, вопросов нет? Ваша обычная реакция на раздражитель и только. Что до Вашей записки, всё просто на самом деле. Вам, в любом случае, нужно было попасть ко мне на занятие. Вы — человек рассудительный, любите порядок и когда всё конкретно и без оттенков. Значит, составлять своё мнение о чём-либо, опираясь на чужие впечатления, не станете.

— Какое глубокое наблюдение! И почему же, именно четверг?

— Ну, как?! Прийти в первой половине недели — продемонстрировать заинтересованность и нетерпение, а в последние дни — во-первых, есть шанс, что «контора попросту прикроется», а во-вторых, рисковать, что я, ожидая, что придёте Вы и только Вы, специально, чтоб лишний раз не нарываться на Ваше осуждение, проведу занятие в «классическом стиле». То есть, в посещении не будет смысла. Остаётся четверг — золотая середина. Вроде, как успел, и, в то же время, продемонстрировал усталую обречённость.