Проклятие, да она ж вся горит!

— Вило Плут! — наконец и своё имя услышал я, когда два дня спустя нарядно одетый стоял в числе прочих поступающих на главной площади столичной Имперской Магической Академии, где сейчас проходила торжественная церемония испытания будущих студентов.

— Удачи, братик! — восторженно пропищала Милиз, которая в своём, отливающим пурпуром, достаточно изысканном платье из Шамахийского шёлка стояла тут же и со счастливой улыбкой взирала на разворачивающееся пред нами помпезное действо.

— Ага-ага, — саркастично покивал я на это, понимая, от чего на самом деле зависит успех предстоящего.

Выйдя же из, назовём это строем, что был образован скоплением молодёжи преимущественно женского пола и разнообразной степени напыщенности, так сказать, я уверенной походкой, хотя кто бы знал насколько же волновался, опираясь на трость для торжественных случаев направился по затейливо выложенным гладким плитам розового Карифийского гранита прямо к центральной колонне.

Это было монументальное строение из Бижойского голубого мрамора где-то сорокаметровой высоты с постаментом, диаметром метров трёх в самой узкой части, и где на изумительной красоты и детализации барельефах были запечатлены важнейшие моменты и персоналии из истории Академии. Венчалось это вот всё статуей самой Магии в образе многоликой женской фигуры, в вероятно со значением сложившемся во множество фактурных складок балахоноподобном одеянии, из-под которого виднелось обнаженное тело весьма изобильной, скажем так, конституции, особо пикантные и притягательные элементы которого были одновременно призывно продемонстрированны и, удивительно, но в то же время и целомудренно прикрыты, пусть лишь для виду и без особого успеха, как можно понять. Очень талантливая, короче говоря, работа, вызывающая весьма глубокие эмоции при взгляде на всё это, изобилующее деталями произведение чьего-то художественного гения.

Чтобы оказаться в центре у колонны мне, как и тем что были до меня, предстояло преодолеть часть гигантской площади, образованной внутренним двориком, так сказать, из окружающих его помпезных строений в напоминающем барокко стиле. В числе них был величественный главный корпус по фронту. Не менее впечатляющие, пусть и несколько меньшей высоты, административные здания по флангам, а также частично с тыла. Ну и чётко позади золочёными пиками устремилась в голубой небосвод довольно внушительная ограда с центральными коваными воротами изумительной красоты и сложности сплетения, так сказать, и чьи створки сегодня были гостеприимно распахнуты для всех абитуриентов с командами поддержки, назовём их так.

Преодолев наконец эти пару десятков метров, что теперь отделяли меня от оставшейся в строю элегантной Милиз, я довольно резво, что было не так и просто на моей-то деревянной ноге, взобрался по некоторому количеству достаточно широких мраморных ступеней, чтобы оказаться перед почти метрового диаметра бронзовым диском, что ли. Сие изделие было вмурованно в пьедестал колонны, не уступающий оной своей красотой и обилием деталей, которые не устаёшь вычленять меняя дистанцию или ракурс при любовании тем множеством статуй, кои и образовывали рельеф основания, удерживающего столь богатую на разнообразные сюжеты колонну.

Сдержав-таки трепет я протянул руку и приложил её к весьма натёртому до желтоватого блеска центру этого, отчего-то тёплого металлического круга. Как только это произошло, я ощутил как из меня мощно потянуло магию, что закончилось очень быстро, а меня едва не опустошило от такого.

Пошатнувшись, но всё же сохранив равновесие я увидел, задрав голову, как на вершине колонны, а точнее даже у одного из четырёх лиц статуи Магии голубым загорелись глаза, после чего над её головой засиял «цветок» огня из, пусть и весьма натурально выглядящих, но явно неестественных, а я бы даже сказал фантастических трёх «лепестков» пламени того же цвета.

Однако такую картину увидел лишь я, поэтому над площадью громко и явно с магическим усилением торжественно прозвучало:

— Рыцарь! Предрасположенность Воздух. Класс 1-C*.

* Притворимся, что у них тут латиница, а то класс, например, 1-[Хъа] звучит пусть и колоритно, но менее привычно.

На озвученное управителем церемонии в толпе раздались весьма жидкие аплодисменты. Гораздо более скромные, нежели у некоторых моих, уже прошедших проверку предшественников, среди которых стоит, пожалуй, выделить одну неожиданно обнаруженную мною в числе будущих студиозусов златокудрую маркизу с синими глазищами, которые та, стоя сейчас среди прочих первокурсников посильнее из своего 1-А класса, прям пучит на меня, при этом сама словно готовая уже сорваться с места и рвануть ко мне за обнимашками.

Ну-ну, мы-то не представлены, а знакомство вроде как имеем лишь заочное, посредством братца-близнеца, блин. Поглядим, как ты, девочка, будешь выкручиваться из этой ситуации, находясь в плену условностей и порядков высшего света.

Итак, что тут скажешь? Фух, сработало! Ведь не озаботься я, то был бы фурор, ведь моё трёхлепестковое пламя является признаком вполне себе Командора, и как можно понять, следствием могучих энергоканалов. Мой же мизерный резерв, как я и предполагал, не влияет на определение ранга, хотя без таких вот артефактов меряются они тут все именно им, а точнее способностью выдать подрят контрольное число определенных чар.

Что ж, всё удалось, и я теперь официально зачислен в Академию Рыцарем, то есть не противореча отметкам в имеющихся документах. Ну а то, что распределили меня в класс из самых слабаков — не такая уж проблема и вполне себе временное, зависящее лишь от меня обстоятельство.

Кстати, игра зачла мне квест «Поступить в одно из учебных заведений, чтобы изучать магию», а мой счёт пополнился ещё на 1ОР. Радует.

Так, что-то я задумался, а нужно живее шагать к своему 1-С.

Как только я доковылял до одноклассников, над площадью прозвучало: