* * *

Отдел Юстициариума, расположенный в Верхнем Городе, был самым маленьким из всех, и самым непохожим на остальные. Здесь не было шумной приёмной, куда гарнизонные доставляли правонарушителей, пойманных на улице. Не было выделенного только под кабинеты оперативников этажа, где они вели расследования, писали отчёты и планировали дальнейшую деятельность. Дежурство в отделе «А» считалось почти официальным выходным среди оперативников, потому что в Верхнем Городе у юстициариев практически не было работы. На территории родовых кварталов за порядком следили внутренними силами. В остальном же... Некая незаконная деятельность, которая существовала в Верхнем Городе, выходила за юрисдикцию юстициариев, не требуя их внимания.

И всё же несколько камер для содержания задержанных здесь нашлось. Когда за спиной проблемного мальчишки закрылась стальная решётка, Орис испытал удовлетворение от проделанной работы. Но к сожалению, это дело ещё не было закончено.

Орис вернулся в приёмный зал. В обычное время степенные жители Верхнего Города приходили сюда и рассказывали о своих проблемах дежурными оперативникам, но сегодня приёма не было. Места для ожидающих заняли уставшие люди Бронса, вымотанные последними днями. Они бесхитростно дремали, не обращая ни на кого внимания. В центре приёмного зала командор Бронс распекал двух своих подчинённых, отчитывая их за все реальные и надуманные прегрешения. Но делал он это напрасно. Вопреки логике момента Брюс и Утер имели вид людей, которым глубоко безразлично всё, что им сейчас говорят.

Бронс был хорошим оперативником, хорошим командором. Напористый, дотошный, прямолинейный, харизматичный. Вот только политиком он был отвратительным. Парочка юстициариев, которых он распекал, занималась обслуживанием незаконных желаний и интересов аристократов Верхнего Города, утрясая дела с законом и прикладывая все усилия, чтобы не запятнать репутацию родовитых нанимателей. Должности юстициариев были для них формальностью, наиболее удобным официальным оформлением их реальной деятельности. Формально они были прямыми подчинёнными Бронса. По факту он не имел на них вообще никаких рычагов влияния.

Конечно, другой человек на месте командора нашёл бы к ним подход, это не было чем-то невозможным. Но Бронс был слишком прямолинейным, слишком нетерпеливым для тонкой игры. И сейчас впустую сотрясал воздух.

Орис заметил вошедшую в зал Юнону, сразу направившись к ней. Женщина неодобрительно глянула на разворачивающуюся сцену и когда подошёл Орис, тихо произнесла:

— Ему следовало пригласить их в закрытый кабинет и договориться, а не... это.

Как всегда, Орис был согласен с начальницей.

— Они пытались устроить встречу парня с Минакуро. Но я так и не выяснил — зачем, — проинформировал мужчина начальницу. — Когда я производил задержание, рядом оказалась Минакуро Серсея. Парень передал ей какой-то конверт, после чего не сопротивлялся.

Именно это знание позволило ему перехватить парня с друзьями.

— Содержание конверта? — естественно спросила Юнона.

— Неизвестно.

— Он знает? — Юнона кивнула на командора.

Орис отрицательно покачал головой:

— Нет. Я пытался доложить, но он отмахнулся, стоило упомянуть Минакуро.

Лицо начальницы не выразило никаких эмоций, казалось бы, но Орис готов был поклясться, что она что-то усиленно обдумывает.

— Наша парочка — не идиоты.

Орис кивнул. Юнона намекала на то, что развязка ещё не наступила.

— А теперь попытайтесь мне объяснить, почему вы не доставили подозреваемого сразу в изолятор?! — крикнул Бронс.

Брюс со скучающим видом начал бормотать формальное:

— Согласно появившейся оперативной информации мы предприняли дополнительные следственные действия...

Командора не хватило даже на одно предложение:

— Прекрати балаган, Дэрн!

— Я отвечаю по форме, — всё тем же скучающим тоном ответил юстициарий.

Они тянули время. И вполне успешно. В отделение вошла целая маленькая делегация.

— Командор Розалье! Как я рада, что застала вас, — с улыбкой, не обещавшей ничего хорошего собеседнику, поприветствовала Минакуро Серсея.

Как член правящей семьи рода Минакуро, она была официальным членом Верховного Совета, хоть и принимала участие в заседаниях от силы десяток раз, занятая своей работой. Вот только сейчас её статус позволял ей сделать очень много, просто на авторитете и полномочиях.

— Где находится этот мальчик, Като? — чем она тут же воспользовалась.