— Я не вижу ничего смешного! Он реально клеил тебя!

— Ну не склеил же, Никит!

Я быстро взглянула на него, и снова рассмеялась, увидев его надутые губы.

Ну прям как у Илюшки, когда тот обижался! Ох, уж эти мальчишки!

— Ты сказала этому челу, что я твой родственник!

— А что мне надо было ему сказать? Что ты — мой любовник?!

Никита замолчал и через какое — то время процедил сквозь зубы:

— Вот кем ты меня считаешь, Даша? А я — то, придурок, думал, что я — твой парень!

Я не нашлась, что ему ответить. Действительно, кем я считала Никиту? Любовником, любимым, другом, парнем, родственником? Или всё это было вместе?

— Ты любишь меня, Даша? — Никита смотрел на меня в упор.

Меня бросило в жар от его внезапного вопроса. Хорошо, что мне не надо было смотреть на него в ответ — я могла делать вид, что увлечена дорогой. Я и правда не знала, что ему сказать. У нас всё так быстро завертелось, каким — то космическим вихрем, что я до сих пор не могла прийти в себя. И пока не могла до конца разобраться в своих чувствах. Сказать — да? Но будет ли это по — настоящему правдой? Сказать — нет? Но тогда, это будет настоящей ложью! Поэтому, я просто промолчала.

— Ясно.

Никита вновь включил музыку, сделав её практически на полную мощность. До конца поездки он не проронил больше ни слова. Я изредка поглядывала на него, натыкаясь своим взглядом на его строгий профиль. Он ковырялся в своём телефоне и не обращал на меня никакого внимания.

— Мааааамааа! — я услышала голос Ильи задолго до того, как он к нам подбежал.

Я крепко обняла сына и долго не хотела выпускать его из своих объятиях. Я чувствовала, как слёзы подкатывали к глазам, но усилием воли, сдержала их.

— Мааам, ну отпусти уже! — Илюшка вывернулся из моих рук и сразу же подскочил к улыбающемуся Никите.

— Привет, Никитос! — по — свойски пропищал он, протягивая ему сжатую в кулачок руку.

— Здаров, Илюх! — ответил Никита, отвечая на приветствие. — Ну, как ты тут, рассказывай!

Своей непосредственной детской болтовнёй, Илюшка быстро снял напряжение, которая установилась между мной и Никитой. Я была благодарна Никите, что он вёл себя абсолютно естественно, словно мы и не ссорились полчаса назад.

Мы провели с ребёнком около часа. Я, как юрист, воспользовалась своим служебным положением, и мы свободно гуляли по территории лагеря, хотя родительский день уже давно прошёл.

Отдав сыну разные вкусности, я обняла его на прощание и долго — долго целовала, не желая расставаться. Никита выхватил из моих рук Илью и высоко подняв в воздух, закружил. Меня очень радовало такое отношение Никиты к сыну — видно, что мой мальчик по — настоящему, искренне ему нравится.

Но когда мы вернулись в машину, напряжение снова вернулось. Улыбка полностью исчезла с его лица. Боковым зрением я видела, как он, по — мужски, откровенно разглядывал меня. Я крепче сжала руль.

Быстро стемнело. Дорога была пуста и хорошо освещалась. В какой — то момент, я повернула голову и поймала взгляд Никиты. У меня сжалось всё внутри, когда я поняла, ЧТО он означал: в его глазах отчётливо читалась страсть. Я почувствовала, как сладкая волна желания прокатилась внизу моего живота, проникая в самую грубину естества.

— Тормози! — резко приказал Никита. — Съезжай на обочину!

Я судорожно сглотнула комок в горле, но подчинилась. Мои руки и колени дрожали. От предвкушения.

Я съехала на обочину и заглушила двигатель. Мы оба молчали, и лишь тихая музыка, немного смягчала высоковольтный разряд, который установился между нами. Я ощущала дрожь во всём теле, и понятия не имела, что Никита собирается делать.

Мы уставились друг на друга. Я не помню, кто сделал шаг первым, но внезапно, я оказалась в его крепких руках.

— Назад! — вновь скомандовал он.

Я начала перелезать через сиденье, ощущая, как Никита стягивает с меня юбку вместе с трусиками. Я улеглась на заднее сиденье, прикрыв ладонями лобок, наблюдая, как Никита снимает свою футболку через голову. Затем, он спустил джинсы и навис надо мной, отводя мои ладони в сторону. Горящими глазами он уставился на моё лоно, и я стыдливо отвернула лицо.

— Не отворачивайся! Смотри на меня!

Я повернула голову и смело посмотрела в его глаза. Невероятное агонизирующее желание придало мне смелости, я провела руками по его груди и животу. Придвинувшись вперёд, он начал страстно целовать меня, покрывая мое лицо и шею жёсткими, горячими поцелуями. Я чувствовала, как ему нетерпелось войти в меня, он даже не стал расстегивать мою блузку, а просто задрал её вверх вместе с бюстгальтером.

Я почувствовала сильный укус на своём соске и громко вскрикнула то ли от боли, то ли от наслаждения.