Во время завтрака соседи ведут себя подозрительно тихо. Ник быстро расправляется с бутербродами, залпом вливает в себя чай и молча уходит. Ясмина, наоборот, будто тянет время и не желает покидать кухню. Ее отросшие светлые волосы небрежно заплетены в косу. Она наматывает на указательный палец выбившуюся прядку и смотрит на сидящего под столом Пломбира.

Я не из тех, кто вмешивается, да и вряд ли нас троих можно назвать лучшими друзьями. Предпочту остаться в стороне от чужой драмы, чтобы они ненароком не полезли в мою.

– Прости, – Яс поднимается с места, так и не притронувшись к еде, – нет аппетита.

– Ладно, – я беззаботно пожимаю плечами, но внутри уже зреет тревога.

Стоит мне успокоиться и покончить с уборкой кухни, как из комнаты соседей доносятся обрывки громких фраз. Они о чем-то спорят, да еще и на повышенных тонах. На мгновенье кажется, будто я снова в родительском доме и сейчас мне придется выбирать чью-то сторону. Только этого нам и не хватало.

Я выхожу в коридор, но, несмотря на отличную слышимость, не могу уловить суть их разговора.

– Как ты не понимаешь, что это необходимо? – почти кричит Ник.

– Ты обещал мне. Обещал, что будешь рядом, и что я слышу теперь? – судя по дрожащему голосу Ясмина вот-вот заплачет.

– Это невозможно.

– Для меня это слишком, Ник.

– Все это «слишком» только в твоей голове.

– Да пошел ты! – Яс выбегает из комнаты, и я хватаю ее за плечи.

– Что у вас случилось? – я беру ее за руку и веду назад, она даже не пытается сопротивляться.

– Прости, что все это происходит на твоих глазах, Ната, – деловито извиняется Ник, – но у нас тут вроде как первая ссора.

– Это я уже итак поняла. Меня больше интересует, почему это происходит? – я по привычке скрещиваю на груди руки. Ясми в это время сидит на диване, подобрав под себя ноги. Никогда еще не видела ее такой расстроенной.

– Пару недель назад я начал снова посещать компьютерный клуб, где собираются все мои друзья, – Ник несмело поглядывает на Яс. – Оказалось, там открыта вакансия ночного администратора. Меня готовы взять, но проблема в том, что трижды в неделю Ясми придется ночевать в одиночестве.

– Работа есть работа, – я пожимаю плечами, – но если твоя девушка против, то, возможно, стоит поискать другие варианты? И ты уверен, что сможешь совмещать работу с учебой? Или ты решил бросить универ?

– Я со всем справлюсь. Это на неопределенный срок, – он как-то странно исподлобья косится в мою сторону. – И ведь она не будет здесь одна.

– Что ты хочешь этим сказать? – я с недоверием осматриваю соседей. – У меня нет никакого желания быть втянутой в ваши разборки.

– Он хочет, чтобы ты нянчилась со мной, пока его не будет, – заявляет Ясмина.

– Черт! Нянчилась? Серьезно, Ясми? – Ник недовольно качает головой. – Я сказал, что вы можете провести время вместе. Посмотреть фильм, например, или…

– Минуточку, – останавливаю его я, – с чего ты взял, что у меня есть время на фильмы и… что еще там есть в твоем дурацком списке?

– Видишь? – Яс рукой показывает на меня. – Я же говорила, что она не станет.

– Простите, но я ничего не понимаю, – я окончательно запуталась и чувствую неконтролируемое раздражение, – разбирайтесь сами.

Уходя, я замечаю, как Ник подсаживается к Ясми, и как та опускает голову ему на плечо. Этим двоим под силу справиться с чем угодно, и им точно не нужна помощь человека вроде меня.

Я выхожу из примерочной с охапкой яркой разноцветной одежды и сбрасываю ее на стоящий неподалеку стол.

– Ничего не понравилось? – недоумевает мама.

– Нет.

– Но почему? – она выуживает желтую водолазку с длинными рукавами. – Может, посмотришь еще разок?

– Нет.

– Не понимаю, – мама растерянно озирается по сторонам, – что не так?

– Все нормально, просто пойдем посмотрим что-то другое, – предлагаю я, стараясь не выдать себя дрожащим голосом.

– Хорошо, идем.

Через час мы выходим из магазина, у меня в руках небольшой пакет с одеждой черного цвета. Мама ласково берет меня за руку, и этот жест пробивает брешь в моей защите. Я останавливаюсь посреди торгового центра и, опустив голову, беззвучно плачу. Неожиданные слезы удивляют нас, и мы обе не знаем, что следует говорить или делать в таком случае.