Пустые лифты застревали между этажами. Загруженные двигались медленнее или быстрее. Произвольно включались-отключались кондиционеры.

В чужих квартирах я шалил осторожно. Менял телеканалы, пока хозяин отлучался на кухню или в туалет. Врубал в пять утра громкую музыку, предварительно изменив настройки будильника на домашнем компьютере. Сливал воду в бачках. Подогревал полы, подкручивал деления в газовых колонках. Такеши искренне веселился, наблюдая за всей этой клоунадой. Даже спросил, не приходилось ли мне раньше играть на планшете в «Разозли соседа»…

С «причинами и следствиями» оказалось сложнее, но я справился. Тут ведь что главное — проследить цепочку изначальных событий и внести коррективы. Либо сотворить уникальную цепочку с нуля, включив в нее ряд объектов. Кстати, объектами могут быть не только вещи, но и живые существа.

Приведу пример.

Вы посмотрели телевизор, увидели рекламу газировки и захотели купить этот прохладительный напиток. В комнате жарко, на улице — тоже. Вас можно понять. Вышли, двинулись по правой стороне улицы, поравнялись со строящимся зданием, на вас упал кирпич, конец истории. Кирпич упал, потому что часть навеса над тротуаром сняли для замены, а в этот момент на высоте работал неопытный рабочий, которого отвлекли разговором. Сетку по периметру здания растянули, но в одном месте она порвалась. А по правой стороне улицы вы шли из-за плотного потока машин и красного света на перекрестке. Лень ждать. Следствие — смерть. Но в чем причина? Так вот, чтобы вас убить, корректировщик задействовал несколько причинно-следственных цепочек, манипулируя людьми, механизмами, событиями и вероятностями. И это — одна из простейших логических задач.

Мы никого не убивали.

Эксперименты я ставил на обслуживающем персонале комплекса. Вынуждал грузчиков быстрее разгружать товар в продуктовом отделе, где я намеревался купить имбирь. Манипулировал водителями и спасал от верной смерти неосторожных котов. Убирал с нашего этажа некрасивых горничных и заменял красивыми.

Еще через три дня Такеши поздравил меня с рангом Знатока.

— Это эфир, — пожал я плечами.

— С эфиром ты почти дотянулся до Вездесущего, — возразил сенсей. — Знаток — с учетом применения взвеси.

Круто.

Сам не ожидал.

Жаль, не получу сертификата…

Во время этого диалога Сыроежкин лежал на диване у окна с новеньким планшетом в руках. Занимался теханализом, менял ордера на бирже. На голове у Виталика красовались наушники — наше спасение от мексиканского рока. Так что миг моего триумфа снабженец пропустил.

Чего не скажешь об Арине.

— Эй, — девушка сверкнула глазами. — Свари-ка нам кофе, Рю.

— Не вопрос, — оживился я.

Кофеварка пискнула и принялась набирать воду.

Это случилось за секунду до штурма.

Мне стало плохо.

Сенсея тоже скрючило, но я не мог этого видеть, валяясь на полу и хватая ртом воздух. До этого я баловался с кофеваркой, а Такеши осматривал окрестности в поисках новых упражнений. Вездесущий был выключен из реальности, за что и поплатился.

Я лежу.

Дыхание перехватило, мышцы сведены судорогой. В голову настойчиво лезет голос, несущий какую-то околесицу. Я понимаю, что атака проведена на ментальном уровне. Мои блоки рухнули. А голос… нет, несколько голосов… хором читают…

Молитву.

Еще секунда — и меня отпустило.

— Поднимайся, твою мать!

Это Арина.

Хрупкая с виду девушка вцепилась мне в плечо и мощным рывком поставила на ноги. Меня повело, ноги предательски задрожали. Пришлось врубить «телесный контроль», едва ли не самый полезный волховской навык, чтобы очиститься от внешнего влияния и купировать последствия атаки.

Сыроежкин смотрит на нас квадратными глазами.

Я вижу светящийся амулет на шее Арины. Похоже, меня защитили какой-то церковной аурой. Во всяком случае, я больше не слышу дурацкого бормотания.

Такеши оклемался без посторонней помощи.

Виталик снял наушники.

— Прочь от окна! — рявкнула Арина.

Не знаю, что в голосе девушки заставило толстяка подчиниться, но он молниеносно покинул диван.

— Что это было? — спросил я.

— «Боевая молитва», — прорычал наставник. — Очень сильная.

— Потому что коллективная, — заметила Арина. — Сейчас начнется штурм. Я на дверь. Виталик, уничтожь планшет. И не путайся под ногами.

— Там ордера…

Я ударил по гаджету «цифрокором».

— За вами окна, — сказала Арина.

В следующий миг по нам рубанули «святым писанием». Это очень хитрое дерьмо, воздействующее только на корректировщиков. Обычные люди и одаренные атаки даже не заметили бы. А вот мы с Такеши, успев подрубиться к «телезрению» во всех спектрах, ощутили коллективную работу святош на собственной шкуре. Выглядело это так, словно в нас полетела туча стрел — черных, схематических, напоминающих детский рисунок. На ментальном плане стрелы превратились в плотные мыслесгустки, на астральном — в волну нестерпимого сияния. Я выставил «ментальную броню» в связке с «полыхающим щитом», и это меня спасло. Церковники попросту не могли разработать артефакты и умения, эффективные против техник из другого мира.