— Я готова озвучить приговор. Но для этого надо, чтобы ты, — я посмотрела на заинтересованного Яссина, — … мне помог. На Земле у меня есть подруга. Она одинока и никому не нужна. Если она будет не против, надо привезти ее сюда. Потом, после омоложения, я предложу Надюше вашу кандидатуру. Сможете склонить её к браку с вами — у вас будет самая лучшая жена в Галактике. Не сможете… будете смотреть как счастлив тот, кто станет её мужем, вместо вас. От себя я добавлю вам бонус — буду просить доверяющую мне подругу, рассмотреть именно вас в качестве супруга. Вот как-то так…

— Мне очень нравится твой подход к проблеме! — удовлетворенно кивнул Наказующий, — Нам надо обговорить детали и я пошлю корабль за ней. А Нориш полетит на нем старшим. Чтобы сразу начать завоевывать самочку. А то знаю я моих парней… От Земли не успеют отлететь, как станет чьей-нибудь женой. Я пойду, надо заручиться разрешением Союза Планет на повторное посещение Закрытого Мира. — потом, уже тихо и мягко спросил, — Хочешь что-то передать детям?

Почувствовала, как сразу напряглись командор и Принц.

— Да, я хочу написать детям, что вышла замуж и уехала куда-нибудь в дебри… Амазонки или на Южный Полюс Земли. Чтобы они не тревожились за меня. Что вряд ли смогу писать им… Можно? — просительно посмотрела я в бордовые глаза Старшего супруга. С удивлением замечая, как холодность, отстраненность и тревога пропадают из них, сменяясь на благодарность и понимание.

— Конечно, сладкая моя… — Яссин потерся лицом о мои колени, — Хочу чтобы ты знала… Мы очень боялись, что ты захочешь вернуться назад, в свой Закрытый мир. И начнешь тосковать и угасать, если мы тебе этого не позволим. Что не поймешь того, что тебе нельзя там находиться. Ты стала телом ДРУГАЯ. И скорее всего, нарвешься на проблемы со спецслужбами. Но ты выбрала НАС!!!!! Не представляешь, как мы счастливы!

— Да, детеныш! Спасибо, что выбрала семью, — целуя меня в затылок, подтвердил командор.

Зато Нориш смотрел на меня квадратными глазами…

— Я озвучила очень болезненный для вас приговор? — с трудом выдирая себя из наслаждения, спросила я.

— Мне должны были озвучить приговор. А на деле, сказочно одарили… — запинаясь от волнения ответил Нориш. — Я сделаю все что в моих силах, и даже больше, чтобы оправдать ваше доверие.

— Хмм… ты еще к тому готовься, что будешь не одним супругом. Ну… или учись на нашем опыте отшивать претендентов на мужья… — ввернул-таки вредный Принц.

Я обиделась:

— А Тебя, Ваше Вредное Высочестово, между прочим, никто насильно не женил! Сам захотел! А теперь возмущаешься?

Высочество обвило мои ноги подвижным кончиком хвоста:

— Лапочка… я же не в этом смысле… Нориш должен знать, что после общения с его супругой, испытав воочию тепло и искренность, очень многие будут добиваться её благосклонности. А если она окажется ещё и чьей-то Парой… то Норишу придется с этим смириться…

— … а если ещё и илаи… — добавил масла в огонь задумчивый командор. — То мужей будет, как минимум три…

— И пусть! — неожиданно эмоционально отреагировал наказуемый, — Вот у вас же отличная семья! Многие начинают задумываться о такой же.

— Вот как, — усмехнулся Яссин, — Не знал… Да. У нас отличная семья, но… Скольких нервов и здоровья она стоила нашей супруге!!!

— Зато не скучно! — вставил свои три копейки Шаатхар.

— Шат хороший, — поддержал другана верный и последовательный Сет.

— Дурдом! — по-русски простонала я.

— Вот так и живем, — усмехнулся Алар.

— Невероятно… и притягательно! Могу сказать однозначно, если я буду удостоин чести стать супругом вашей подруги, то меня не испугает подобная перспектива. — твердо ответил Нориш.

— Милая, ты ещё не оценила мой русский язык, — напомнил о своей уникальности Наказующий.

— Оценила. Ты на самом деле очень талантливый. И всесторонне развитый. Русский язык считается очень сложным, но ты говоришь на нем почти без акцента. И когда успел выучить? — искренне похвалила я.

— Когда ты сбежала на Мерану. Чтобы не сойти с ума от тревоги за тебя и от осознания своей беспомощности, — помрачнел Яссин.

— Больше никогда так не делай, хорошо, детеныш? — попросил командор. — Ты же понимаешь теперь, что для нас нет других женщин!

— Теперь понимаю… Простите меня… — понурилась я. — Это все мой дурацкий темперамент и проявление карианского «младенчества». Самой стыдно. Веду себя порой как подросток, и ничего с собой не могу поделать.

— Ты становишся карианкой. А значит вскоре станешь очень ранимой. И лет на пятьдесят вокруг тебя будет очень ограниченное число допущенных лиц. И это так здорово, детеныш! — примиряюще уточнил Алар. — И очень сексуальной. Потому, что обряд с лимари вскоре даст свои плоды.

— Это плохо? — вступил в разговор подошедший Морис.