— Привет, красотка! Жаль, мы сегодня не с тобой в паре.

— Ничего, можем после репетиции встретиться, — хихикнула девушка.

— Заметано!

Ася, конечно, не могла этого не заметить. У неё будто был настроен радар на Диму, и она, хотела или не хотела, но отслеживала все его передвижения, все разговоры. От того, что он трогал Наташу, в груди у Аси неприятно тяжелело, непрошеная ревность перехватывала горло.

И ведь понимала, что Варламов специально её провоцирует, но легче от этого не становилось.

Чтобы отвлечься, она схватила телефон. Пять сообщений от Макса. Вот еще не хватало! Разве они не поговорили обо всем вчера?

Закусив губу, девушка читала длинные и бессвязные сообщения. Кажется, Макс был пьян, когда это отправлял.

— Что, жених пишет? — раздался за плечом нахальный голос.

— Варламов, исчезни, — рявкнула девушка, — тебе какое дело? Ревнуешь что ли?

— Размечталась! — неожиданно зло ответил Дима и отошел.

Ася потрясенно посмотрела ему вслед и, ошарашенная неожиданной догадкой, уткнулась лицом в колени. Нет, только не это… Варламов ведет себя так, будто…Будто влюблен в неё? А чем еще объяснить его злость после вчерашнего, эту боль в глазах и показательное хамство? Активное неравнодушие. И неважно, какой у него знак — плюс или минус. Важно, что оно скрывает.

Девушка еле слышно застонала. И что ей теперь делать с этим знанием, учитывая, что Варламов был последним человеком, с которым ей стоило заводить отношения?

Сегодня почему-то вместо Юрича пришла Ольга Петровна — помощник худрука. На вопросительный взгляд ребят она коротко ответила:

— Петр Юрьевич сегодня в жюри фестиваля, с вами буду я.

Абсолютно нейтральным, даже казенным голосом она зачитала итоговое распределение ролей:

— …Стелла — Юлия Домбальская, Митч — Борис Веселко, Стенли — Дмитрий Варламов, дублер Алексей Соха, Бланш — Ася Асташкова, дублер Наталья Ремизова, в массовке…

Ася дальше ничего не слышала, в голове как будто било молотом «я получила роль, я получила роль», но не было ни ожидаемого счастья, ни даже небольшой радости. Ей казалось, что никто не рад тому, что Бланш досталась именно ей. Асе чудилось, что все вокруг смотрят на нее и перешептываются, гадая, за какие заслуги ей досталась главная роль. Уж точно не за талант! Она видела искаженное ненавистью лицо Миланы, которая прошипела ей «шлюха!», улыбающаяся Наташа смерила её странным ледяным взглядом, даже Дима, на которого она в отчаянии глянула, ища поддержки, сидел с каменным лицом. «Не хочет играть со мной», — поняла Ася, и в груди мучительно закололо.

Что ж, его можно понять. Последние пару дней девушка старалась свести общение с Варламовым до минимума: держалась от парня подальше, перестала отвечать на его хамские выпады, лишний раз даже не смотрела на него. И Дима тоже перестал цепляться к ней, вел себя так, будто её вообще здесь не было. И вроде надо бы радоваться, ведь он наконец оставил её в покое, что явно было лучше для них обоих. Но почему-то стало еще хуже. И даже долгожданная роль не принесла радости.

Как они будут играть вместе? Асе казалось, что она просто умрет, если он коснется её. Даже на сцене. Впрочем, они же профессионалы, должны справиться. У них просто нет другого выхода.

— Петр Юрьевич оставил мне список сцен, в которых мне надо на вас посмотреть, — сухо проинформировала их Ольга Петровна, — никакой подготовки не надо, гениальной игры тоже не жду, задача — показать взаимодействие героев. Текст все знают?

Актеры кивнули. Текст многие знали еще с первого дня работы.

— Тогда по порядку: вторая картина — сцена, где Стелла и Стенли роются в чемодане, потом четвертая картина— разговор сестер, шестая — свидание Митча и Бланш, а потом десятая — Стенли и Бланш. Пока действуют основные актеры, может в процессе поменяю вас на дублеров.

Ася застыла. Нет, нет, нет, только не десятая картина! Не прямо же сейчас! Яркая эмоциональная сцена, где Стенли растаптывает Бланш морально и физически, завершается изнасилованием героини. Она не готова было сегодня это играть…Но хорошо, что её оставили на финал. Может, получится эмоционально раскачаться и сделать всё, как надо. Почему-то холодного оценивающего взгляда Ольги Петровны она боялась еще больше, чем гневных выкриков Юрича.

Не удержалась — посмотрела на Диму. Он на её взгляд не ответил.

Сцена с разговором сестёр получилась очень точной и эмоциональной, Ася искренне наслаждалась, играя с Юлей — они явно сработаются! Дальше был Митч, которого играл Боря. Эх, Боря! Даже удивительно, как этот не особо умный балагур и пошляк преображался на сцене в неловкого влюбленного парня. Они перебрасывались репликами, как мячиками — быстро, легко, азартно — и Ася начала входить во вкус, ощущая, как раскрывается, растет откуда-то изнутри её героиня. Входит в её тело, меняет под себя голос, жесты и улыбку. Черт возьми, как же это невероятно прекрасно! Ася не знала, с чем можно сравнить это упоительное чувство, когда на сцене что-то удается. В этот момент ей казалось, что все звезды на свете осыпаются к её ногам! Горло перехватывало от чистейшего восторга и внутри бурлила, кипела настоящая — более настоящая, чем в реальности! — жизнь.