— В Екатеринбурге.

— А… ну тоже хорошо.

— Приходите с ребятами к нам на костер, — пригласила Ася.

— С гитарой? — прищурился Дима.

— Да хоть с бубном, — рассмеялась она. Мальчишка снова улыбнулся и, махнув им рукой, отвернулся к друзьям. Виталик взял Асю за руку, и они пошли к палаткам. Его ладонь была теплой и уютной, большой палец нежно поглаживал запястье девушки. Они шли молча, вдруг парень остановился.

— Мне кажется, я бы тоже смог сыграть Ромео, — сказал он самодовольным шепотом и резко притянул к себе Асю.

— Докажи, — прошептала она, приподнялась на цыпочки и обняла его за шею. Как здорово было целоваться с Виталиком замечательным летним днем, когда губы горячие от солнца, а кожа загорелая и немного соленая на вкус. Когда сама она такая легкая, полная энергии, силы, молодости, такая красивая в цветастом сарафане с узкими бретельками и плетеных босоножках, что кажется невозможным не быть влюбленной, не улыбаться, не целоваться с… Да хоть с кем! Летняя Ася была обычно более бездумной и бесшабашной, чем ее зимний и осенний варианты. И Виталик чувствовал эту разницу и намеревался использовать свой шанс на сто процентов.

Три года спустя

Тяжелый рюкзак давил на плечи, на улице немилосердно пекло — она и забыла, какое здесь активное солнце… Ася огляделась: за три года мало что изменилось. Такая же пронзительно-синяя вода, похожая на ощупь на ледяной шелк, такие же бесконечно-зеленые горы, теряющиеся своими верхушками в прохладном куполе неба. Волны с шумом разбивались о каменистый берег, их напор становился все сильнее… К берегу плыл паром.

— Ты на фестиваль? — спросил кто-то за плечом. Ася обернулась. Вопрос, судя по всему, исходил от незнакомой девчонки. Она была маленькая, крепко сбитая, взлохмаченная, похожая на обезьянку с круглыми веселыми глазами. На вид лет шестнадцать. На футболке красовалась незамысловатая театральная эмблема с грустным Арлекином и название самого театра — МАСКИ.

— На фестиваль, — подтвердила Ася.

— И мы тоже! — обрадовалась ее новая знакомая, — мы здесь уже пятый раз, представляешь? В прошлом году даже гран-при взяли. Я Соня! А тебя как зовут?

— Ася.

— А из какого ты театра?

«Из Томского драматического», — захотелось ответить ей, что, кстати, было бы абсолютной правдой. Но тогда последовало бы еще много ненужных вопросов, отвечать на которые Асе не хотелось абсолютно. Пришлась ограничиться полуправдой.

— Я не из какого театра, я сама по себе приехала, — пояснила она. Цель поездки уточнять не стала, тем более что и сама она довольно смутно понимала, зачем потратила свой и без того небольшой отпуск и маленькую зарплату начинающей актрисы на это путешествие. Природа? Да, пожалуй, это одно из самых красивых мест, которое ей приходилось видеть. Но зачем тогда ехать именно в то время, когда проходит фестиваль? И зачем бронировать себе место для палатки и обед в столовой? Уж точно не ради разнокалиберных любительских спектаклей, свезенных сюда со всех уголков России. Ради тренингов по актерскому мастерству, проводимых маститыми педагогами? Смешно, она четыре года не вылезала из стен родного ЕГТИ — Екатеринбургского театрального института — и при желании сама могла бы провести парочку тренингов с начинающими актерами-любителями. «А может быть, — Ася вздохнула, разглядывая выщербленный скалистый берег острова, — мне просто захотелось снова окунуться в то чудесное безумие, которое творилось в августе трехлетней давности? Конечно, и я тогда была помоложе и понаивнее…»

— А ты в каком классе?

Ася поперхнулась и еще раз внимательно посмотрела на девчонку. Судя по всему, та не шутила и вопрос задала вполне серьезно. Ася мысленно представила себя со стороны: короткие джинсовые шорты, оранжевая майка, кеды, видавшие лучшие времена, потертая кепка, из-под которой торчит небрежный хвостик каштановых волос, на лице ни грамма косметики. Неудивительно, что ее приняли за школьницу! Конечно, карандаш для глаз, тушь и помада спасли бы ситуацию, прибавив необходимые годы, но за театральный сезон ее лицо так устало от грима, что она ничего не взяла с собой в отпуск, кроме детского крема и гигиенической помады. С другой стороны, что мешает ей немного поиграть, забыв про свой солидный, как она считала, возраст? Актриса она в конце концов или тварь дрожащая?

— Я уже закончила школу, — с милой улыбкой сообщила Ася девочке Соне, не став уточнять, сколько лет назад это было, — Учусь в театральном колледже.

— Здорово! А я в десятом классе! А ты…Ой, паром подходит, побежали быстрее! Потом еще поговорим, ладно?

«Решено! На этом фестивале я беззаботная юная студентка, которая делает то, что ей хочется, — в приступе буйного вдохновения думала Ася, втаскивая на паром свой рюкзак, — ведь самый большой минус двадцати пяти лет в том, что ты мало что имеешь, но уже слишком много ДОЛЖНА этому миру. Должна отвечать за свои и чужие глупости, должна сделать карьеру, должна соответствовать чему-то там, должна выйти замуж, наконец…»

Последний пункт раздражал сильнее всего. Как-то так получилось — Ася и сама не понимала, как — но первым и единственным мужчиной в ее жизни оказался Виталик. В том, что он был первым, ничего страшного не было. Хотя потеря девственности в последний день того давнего фестиваля — будем честны — не стала ярким фактом ее биографии. Осталось ощущение дикого любопытства и нервозности ДО, очень короткое и быстрое ВО ВРЕМЯ, а главное, ужасное ощущение неловкости ПОСЛЕ. Потом были еще встречи — уже в Екатеринбурге, в каких-то ужасных съемных квартирах и общагах, но ничего фееричного не происходило и там. Впрочем, общий смысл всего происходящего в постели Ася уловила, хотя ей больше нравилось гулять, взявшись за руки, по осеннему парку, целоваться среди облетающих листьев, засыпать на мужественном виталиковском плече после выматывающих многочасовых репетиций и прочие милые нежности, которыми сопровождаются отношения. И она совсем не была готова к тому, что после вручения дипломов и хмельного выпускного вечера Виталик, нежно поцеловав ее на прощание, укатит в родной Челябинск. «Звони, зайка! Я буду скучать!» — с выразительной грустью сказал он. И уехал. А Ася почему-то думала, что они вместе попытаются покорить Москву или Питер, он ведь всегда говорил, что хочет сниматься в кино… Или мог бы в крайнем случае позвать её в собой, в Челябинск…Но, как оказалось, у Виталика были совсем другие планы, в которые она не входила.