— Мы разберёмся с нашим другом Давианом и Королевой. Никто из них не знает, что ты что-то видела, так что тебе не о чем беспокоиться на этот счет.

— До тех пор пока ты держишься на расстоянии от Давиана и ведёшь себя тихо, ты не попадёшь на их радар, — добавил Фаолин, как обычно сердито взглянув на меня.

Я потёрла внезапно похолодевшие руки.

— Думаю, я уже на чьём-то радаре.

Лукас прищурил глаза.

— Что ты сделала?

— Ничего я не сделала. Три дня назад мы с Виолеттой сидели в кофейне и ко мне подошли двое мужчин, представившись агентами. Они стали расспрашивать об обыске в доме Тейта и хотели знать, искала ли я ки’тейн, пока была там.

— Откуда ты знаешь, что они не были агентами? — спросил Фаолин.

— Они выглядели, как и подобает, но в них что-то было не так. Они задавали вопросы о рейде, ответы на которые агенты уже знали.

Фарис поймал мой взгляд.

— Могли ли эти мужчины быть другими охотниками, которые просто искали ки’тейн?

— Я думала об этом, но их удостоверения агентов очень напоминали подлинные, а сделать их не так просто, да и недёшево, — я умолкла. — И... они попытались заставить меня пойти с ними.

— Силой? — голос Лукаса стал таким острым, что им можно было бы камень резать.

— До этого не дошло, — я рассказала им о вмешательстве Виолетты и о моём звонке Бену Стюарту. — Насколько мне известно, Агентство пока не идентифицировало их, и с тех пор я их больше не видела.

С той встречи я была крайне бдительна, но я ни разу не видела этих мужчин, никого либо ещё кто ошивался бы поблизости. Вчера, уходя из реабилитационного центра после посещения родителей, я заметила агента Карри, и мне стало интересно, а не послал ли его Бен Стюарт проверить, как обстоят дела у меня и моих родителей, или он был там по другим делам.

— У тебя остался снимок тех мужчин, который сделала твоя подруга? — поинтересовался Фаолин.

Я вытащила свой телефон и переслала его Фарису, потому что теперь у меня был только его номер. Он передал свой телефон Фаолину, который переправил снимок себе, а после отдал телефон Лукасу.

Лукас поднял глаза от телефона.

— Не знаешь, разговаривали ли эти мужчины с кем-то ещё, кто присутствовал при том обыске?

— С их слов они разговаривали, но я спросила у другой охотницы, которая была там, и она сказала, что слухом не слыхивала о них.

— Почему тогда ты? — подозрительно спросил он. — Что-то случилось той ночью, что выделило тебя?

Я кивнула.

— Я была единственной, кто был некоторое время в доме один, и вот именно это очень интересовало мужчин.

— Почему ты была одна в доме во время рейда? — спросил Фаолин.

— Тейт выпустил несколько десяткой верисов, когда агенты нагрянули. Меня вызвали собрать их.

Лукас рассердился.

— Агенты послали тебя одну заниматься ими?

— Они никуда меня не посылали, я получила очень хорошо оплачиваемую работу.

Перечисление этого гонорара на мой расчётный счёт на следующий день было чертовски приятным. И Леви был очень доволен, что пообещал мне начать придерживать некоторые заказы для меня, чтобы я смогла выбирать, как он делал это для моих родителей. Этим утром он намекнул, что завтра у него, вероятно, появится работа Третьего уровня для меня.

Фаолин что-то написал на своём телефоне и спросил:

— Ты рассказывала Агентству то, что сообщила нам о Давиане и Благом Страже?

— Нет. Я никому, кроме вас троих, не рассказывала.

— Почему?

Его взгляд стал подозрительным. Ну, хоть что-то не меняется.

— Потому что у нас разные приоритеты. Агентство ищет ки’тейн, а моя цель — обеспечить родителям безопасность. Если дело дойдет до выбора, Агентство посчитает, что ки’тейн важнее жизней двух охотников, — я выдержала его взгляд, чтобы он не испытывал никаких сомнений насчёт моих намерений. — Моя семья превыше всего. Как для тебя твоя.

Он вздернул подбородок, соглашаясь. Большего мне и не стоило от него ожидать. Меня всё ещё обескураживало, что они с Фарисом были братьями. Если бы не физическое сходство, я бы никогда в это не поверила.

Я встала, вынудив трех фейри последовать моему примеру.

— Это всё. Если я что-то ещё узнаю, я вам сообщу.

Лукас улыбнулся.

— Не звони мне. Я сам позвоню.

Я оставила его улыбку без ответа.

— Именно.

Фарис расстроился.

— Уже уходишь? Но мы даже не пообщались.