После ее маски волосы стали шелковистыми и мягкими, приятно пахли грушей. Легко расчесывались и ложились на плечи гладкими волнами. Жаль, конечно, что корни у розовых прядей начали отрастать, да и сам цвет побледнел. Придется искать местные аналоги красок для волос, но вряд ли технологи здесь дошли до столь экстремальных оттенков.

Замотавшись в длинное теплое пижамное платье, я решила, что на этом спа-процедуры завершать не буду. Счастливая и довольная направилась вниз, чтобы заварить себе чай.

В доме царила тишина и идиллия, потому спускалась осторожно, чтобы никого не разбудить. И оттого вздрогнула, обнаружив в полумраке кухни Цвета.

— Ты чего не спишь? — шепотом удивилась я, поплотнее запахивая полы халата.

— Только вернулся, — Цветочек кивнул мне. — От лорда Митчела.

Лорд Митчел… За всю прошедшую неделю от него не было ни слуху ни духу — и это задевало. С одной стороны, мне и правда было не до него: ремонт, подготовка к осмотру дома опекой, я бы и часа свободного выделить не смогла. С другой — после того вечера ожидалась если не буря чувств и эмоций, то как минимум не тотальное затишье.

— У него все в порядке? — как можно безразличнее поинтересовалась я.

— В полном, — немного подумав, ответил Цветочек. Я же уловила в его словах неуверенность, но задать наводящий вопрос не успела, бугай перевел тему: — А еще я с теплицей закончил! Завтра с утра можно глянуть.

— Это очень круто, — обрадовалась я.

Если этим летом удастся собрать хоть какой-то урожай, будет здорово. Вряд ли тут что-то слышали про канцерогены и ГМО — я и сама слабо понимала, что это за звери такие, но чисто советское «свое всегда лучше» плотно засело в голове.

Я привычно пихнула еще теплый чайник на печь. За это время даже успела привыкнуть к неудобной махине, потому мысль о замене перенесла на потом.

— Цветочек, а откуда у тебя такая любовь… ну, к земле и растениям? — полюбопытствовала я, пока вода закипала.

Меня давно интересовал этот момент, но спросить об этом как-то не выпадало возможности.

— Да с самого детства, — бугай почесал лоб, проходясь крупными пальцами по шрамам. — Маманька у меня карманницей была, всегда говаривала, что, если я не найду занятие по душе, придется по ее стопам пойти… Когда мне девять было, ей руки того… поотрубали.

Я вздрогнула от этого откровения, наполнила кружки едва горячим отваром и села напротив Цветочка.

— Денег на лекарства не было, пришлось травами культи обрабатывать, — ровным голосом продолжил Цвет, с благодарным кивком принимая вторую порцию травяного отвара. — Вот с того момента я и понял, чем хочу заниматься. Да только, чтобы к травникам идти на выучку, деньги нужны. А когда первые монеты заимел, гонения начались. До каждого третьего травника инквизиция докапывалась. Потому я и самоучка.

Сделав глоток, я спросила:

— А первые монеты в банде зарабатывал?

— Ну а где ж еще? — хмыкнул бугай. — У нас все, кто с детства нищий, только так и может на хлеб наскрести. Тогда еще под Мэвом Черным ходили, в те времена он весь город держал. Хорошо, что Лорд это прекратил.

— Лорд? Это ты про Волдера? — сопоставила я.

— Про него, — Цвет кивнул.

— Расскажешь?

— Не моя это история, Ярослава, — качнул головой мужчина. — Пусть Лорд и рассказывает. Могу сказать только, что раскол среди банд произошел именно из-за лорда Митчела, — в его словах послышалось уважение. — Он многим нашим помог. Нас с Хряком и Жилой так вообще под крыло взял, так с темными делами и завязали.

— Интересно, — пробормотала я.

— А сейчас в городе только Сива и остался, — продолжил посвящать меня в тему Цвет. — И то лишь потому, что совсем уж воду не мутит. Бои, ставки да парочка борделей, вот и все его богатство.

Я подумала, сделала глоток отвара, задала следующий вопрос. Цвет на него ответил. Я еще о чем-то спросила. Опять получила ответ, все больше узнавая о преступном мире, который когда-то царил на улицах города.

Про Волдера Цвет говорил мало, зато о себе рассказывал охотно. Поведал и про то, как шрамы приобрел. Мне думалось в кровавых боях, но все оказалось куда прозаичнее. В подростковом возрасте собирал какие-то ростки да рухнул с невысокого утеса в куст с очень острыми ядовитыми шипами.

История грустная, но рассказывал ее Цветочек с таким задором, что я с трудом сдерживала смех, чтобы не перебудить весь дом. И с какой кулачище шипы были, и как его товарищи раны обрабатывали, толком не понимая, что произошло… Им тоже думалось, что он в схватку вступил.

Я лишний раз убедилась: бывший бандит куда глубже и интереснее, чем может показаться на первый взгляд. Несмотря на события, сопутствующие нашей первой встрече, сейчас я могла бы его назвать хорошим приятелем и верным товарищем.