— И ты меня прости. Входи. Я приготовлю нам чай, и мы поговорим.

Я присела на диван, пока она суетилась на кухне.

— Я скучаю по тебе, Шарлотта.

— И я скучаю по тебе, Харпер.

Она подошла, протянула мне чашку и села на диван рядом со мной.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — промолвила я, осторожно отпивая из чашки.

— И что же это?

— Грейсон попросил меня стать его девушкой. Теперь мы официально пара.

Она наклонилась и накрыла мою руку своей.

— Он делает тебя счастливой на все сто процентов? — спросила она.

— Да. Я влюбилась в него.

— Тогда это все, что имеет для меня значение. Ты же знаешь, что я всегда защищала тебя с самого первого дня нашей встречи. Ты достаточно настрадалась в своей жизни, и теперь наконец получаешь то, о чем всегда мечтала. Я просто хочу, чтобы ты была невероятно счастлива.

— Знаю и так оно и есть. Не только ребенок делает меня счастливой, но и Грейсон. Я действительно хочу, чтобы ты дала ему шанс.

Она потянулась ко мне и обняла меня.

— Я дам ему шанс, но, если он тебя обидит, — она разорвала наши объятия, — я отрежу ему яйца своими ножницами.

Я рассмеялась.

Внезапно раздался звонок в дверь.

— Это, наверное, Лорел. Она сказала, что может зайдет сегодня днем, — произнесла Шарлотта, открывая дверь.

Когда Лорел увидела меня, ее лицо засияло.

— Пожалуйста, скажите мне, что вы помирились, — попросила она.

— Мы помирились. — Шарлотта улыбнулась.

— Ну слава богу. Вы невыносимые.

Я рассказала Лорел о нас с Грейсоном, отчего она пришла в восторг.

— Я хочу встретиться с ним, Харпер.

— Встретишься. Обещаю. Нужно выбрать подходящее время.

— Так где же он сегодня? — поинтересовалась Шарлотта.

— У него сегодня дела. Мы увидимся с ним завтра утром в офисе. — Я улыбнулась.

Грейсон

Я подобрал Джулиуса, и мы отправились на игру «Рейнджерс». Когда мы вошли в ложу, на столе нас уже ждало большое количество еды.

— Добрый день, джентльмены, — нас приветствовал бармен. — Могу я вам что-нибудь предложить?

— Добрый день, Дэнни. Два бурбона.

Наполнив тарелки едой и взяв напитки, мы заняли свои места с видом на поле.

— Мне нравится Харпер, — сказал Джулиус. — Она кажется прекрасной женщиной, и мне ненавистно то, что ты с ней делаешь.

— Да. Ты выразил свое мнение по этому поводу уже по меньшей мере миллион раз. Теперь мы официально пара. — Я с трудом выдавил из себя эти слова.

— Что? Ты попросил ее стать твоей девушкой?

— Да. Спросил ее вчера и она любезно согласилась. Скоро мой дедушка познакомиться с ней, и он должен увидеть, что я серьезно отношусь к ней.

— А когда ты собираешься рассказать ему, что она беременна?

— После их встречи.

— Ты сказал ей, что мы идем сегодня на игру?

— Нет. Я проверял ее. Сказал, что у меня есть дела, и терпеливо ждал, когда она спросит меня о них, но она этого не сделала. Просто ответила «хорошо» и больше ни разу об этом не заговорила. Честно говоря, это впечатлило меня.

Он закатил на меня глаза, допивая свой напиток.

— Она больше не может застегнуть свои джинсы. Вчера мне пришлось отвезти ее домой перед музеем, чтобы она переоделась в другую пару штанов. Скоро ее живот станет заметным, и ее великолепного маленького тела не станет.

— Понятное дело. Это обычно и происходит, когда женщина беременна.

— Знаю, но мне нравится ее тело таким, какое оно сейчас. Есть кое-что, что меня беспокоит.

— Что? Что, скажи на милость, тебя вообще может беспокоить? — спросил он самодовольным тоном.

— А что, если у меня не будет вставать на нее? Меня не привлекают беременные женщины. Как я ей это объясню?

— Никак, и тогда-то твоему маленькому плану придет конец. Ты что, забыл, с кем разговариваешь? Чей семейный бизнес вращается вокруг помощи женщинам забеременеть.

— Позавчера она показала мне снимок УЗИ.

— И? Что ты сказал?

— Немного. Сказал, что это круто и быстро сменил тему разговора.

— Что ты почувствовал, когда увидел снимок своего ребенка?