Шрифт:
– Что слышал! Встань так же, как я!
– Зачем?
– Делай, что говорю!
Рус поднял руку.
– Теперь вторую подними вот так и согни в локте. Вот, чтобы предплечье было горизонтально перед подбородком… вот так… А теперь одну ногу вперед.
– Что мы делаем?
– Молчи и повторяй за мной! – произнес Роуль. – Чака-чака…
– Чака-чака… – со вздохом произнес Рус, понимая, что упырь не отстанет со своим танцем.
– Хэй! – крикнул Роуль и резко махнул руками.
– Хэй! – повторил за ним ученик. – Вы говорили, что для танца надо очень много трупов…
– Не беги вперед паровоза, – пригрозил ему учитель и произнес: – Еще раз! Теперь выпусти когти! Я знаю, ты умеешь! Ну! Чака-чака…
Рус снова встал в позу и только набрал воздуха в грудь, как мир вокруг мигнул.
– Чака-чака… – произнес он, но тут в глаза ударил свет. – Хэй!
Раздался чавкающий звук и хрип.
Рус стоял посреди толпы паладинов, которые все вместе пялились на него. Когти на его руках перебили шею двум воинам и сейчас парень находился посреди толпы фанатиков с руками, по локоть забрызганными кровью.
– Ехидство бездны! – заорал во все горло Роуль, стоявший рядом. – Бей его!
Он был одет в броню паладинов, улыбался до ушей и показывал ученику кулаки с оттопыренными большими пальцами.
– Твою мать, – произнес Рус и сглотнул ком, когда понял, что на него пялится весь цвет армии фанатиков, собравшихся на вечернюю проповедь.
Глава 3
– Твою мать, – произнес Рус и сглотнул ком, когда понял, что на него пялится весь цвет армии фанатиков, собравшихся на вечернюю проповедь.
Мысли поскакали вскач.
Глаза мазнули по паладинам, которые потянулись к своему оружию, затем быстро перенеслись на пастыря, стоявшего на телеге, потом вернулись на улыбающегося Роуля, в глазах которого плескалось предвкушение.
– Черта тебе лысого! – выкрикнул Рус и тут же повторил прием.
Его объяло пламенем, полыхнул столб посреди толпы, а через секунду Рус просто исчез.
– Причем тут Хойсо? – непонимающе произнес Роуль, но тут его накрыло вспышкой света от проповедника.
Роуль опустил взгляд на руки и почувствовал, что через щели в доспехе потоком сочится тьма. Затем он поднял взгляд и понял, что мечи паладинов направлены на него.
– Здра-а-а-а-а-асть! – произнес он, оголив зубы.
Он на секунду замер и попытался почувствовать тень, но тут же понял, что пастырь полностью отрезал его от стихии.
– Склонись перед мощью света! – громогласно произнес пастырь.
Вокруг Роуля уже подняли щиты паладины. Он находился в капсуле, образованной магией паладинов, и выхода у него не было.
– Что бы не случилось! Как бы не повернулась судьба! – объявил упырь и поднял руку. – Как бы сложен ни был путь!
Вторая рука согнулась и подняла предплечье на уровень подбородка.
– В любой непонятной ситуации! – добавил Роуль, выпуская когти. – Танцуй!
– Гото-о-о-о-о-овсь! – заорали командиры, активируя боевые конструкты света.
– Чака-чака… ХЭЙ!
Бой был похож на мешанину черных и белоснежных росчерков.
Паладины поднимали щиты снова и снова, но Роуль рвал их, как бумагу и снова врезался в строй закованных в сталь воинов. Стоило упырю нанести смертельный удар и перебить горло паладину, как его тут же закрывали тройными щитами коллеги. Тут же появлялись клирики и выкладывались полностью, чтобы спасти раненного. В итоге среди паладинов погибло всего несколько человек, которым удар пришелся в лицо. В этом случае когти упыря перерезали череп, не оставляя возможности клирикам его спасти.
– Я думал будет что-то более… эффектное, – с недоумением произнес Рус.
– Он просто балуется. Ждет, когда светлые активируют свой артефакт, – пояснил Хойсо.
Оба собеседника стояли на небольшом холме и наблюдали за происходящим в небольшой деревушке. От самой деревни уже ничего не осталось, а армия светлых обступила метавшегося из стороны в сторону упыря.
– Вы так говорите, словно он на прогулку вышел?
– Ну-у-у-у-у-у, – протянул Хойсо. – Если честно, я не особо верю, что его вообще можно убить. У него в свое время был пунктик на этой почве, и он неоднократно по этому поводу комплексовал.
– Роуль? Комплексовал? – удивленно уточнил парень.
– Ну, если ты думал, что он человеком был нормальным, то ты… очень оптимистичный человек. Я слышал, что он с молодости был немного странным. – пожал плечами Хойсо. – Когда мы с ним встретились, то у него уже было несколько сотен личных кровных врагов. Его смерти желали многие, поэтому не скупились на убийц.
– Но он же всех победил?
– Он всех убедил, что умер, – фыркнул черт. – Раз пять точно. Единственное, что у него получается лучше всего на свете – имитировать смерть.