— Вы вернулись из Амритсара, — сказал он. — Виде ли там что-нибудь интересное?

— Что-нибудь — нет. Кого-нибудь. Кулдипа Сингха.

В больших, навыкате, глазах промелькнула молния.

— Ах, вот оно что. Значит, он вернулся? Он ведь очень опасен. После «Голубой Звезды» он скрывался полтора года. Теперь вот правительство позволило ему вновь всплыть на поверхность, в надежде, что он образумится. Кстати, вы не встречали там пакистанцев? Кажется, они туда тоже нагрянули.

— Пакистанцев не встречал, — сказал Малко. — Но видел двух убийц. Лала и Амманда Сингхов...

Пратапа Ламбо это сообщение, казалось, чрезвычайно заинтересовало. Глаза его заметались, как вспугнутые бабочки.

— Я незамедлительно оповещу об этом пенджабскую полицию. За арест этих молодчиков назначено крупное вознаграждение. Предполагалось, что они за границей. — Индийский полковник издал насмешливый, исполненный чувства превосходства хохоток: — Они не поедут в Дели! Вот уж этого-то они никогда не осмелятся сделать! Их разыскивают. Они же, как крысы, прячутся в Золотом Храме, под защитой священников и Всеиндийской Федерации сикхских студентов. И потом, в Амритсаре полицейские закрывают на все глаза, они боятся мести со стороны сикхов.

— Ну, а если все-таки приедут в Дели?

— Об этом не может быть и речи, — отрезал Пратап Ламбо. — Мы знаем все места, где они могли бы укрыться. У нас осведомители повсюду...

Малко и Алан Праджер обменялись красноречивыми взглядами. Индийский полковник взглянул на свои огромные часы. Для простого полковника он чувствовал себя, пожалуй, слишком уверенно.

— Пойдемте, — пригласил он, — я покажу вам террористов, которых пришел навестить.

Малко и Алан Праджер прошли за ним в соседнюю комнату. Прямо на полу там сидело трое мужчин, бедно одетых, закованных по рукам и ногам в огромные кандалы, висевшие на тяжеленных цепях, которые в свою очередь прикреплялись к столам. Два полицейских, сидевших на стульях, вели допрос. Когда кто-либо из подозреваемых медлил с ответом, они натягивали цепь.

— У этих людей были потайные радиопередатчики, — объяснил полковник Пратап Ламбо. — Через них мы раскроем всю сеть. Если они не заговорят здесь, мы займемся ими как следует...

Он перебросился парой фраз с полицейскими, и посетители вышли во двор. Малко задал конфиденциальный вопрос:

— Вы верите в возможность покушения на Раджива Ганди?

Индийский полковник покачал головой:

— В каком-нибудь другом месте — да, но только не в Дели. Охрана слишком мощная, и сикхи боятся шевельнуться. Мы обезглавили их сеть.

— Ну, а люди в Амритсаре?

Пратап Ламбо сделал жест, означавший что Пенджаб — это слишком далеко.

Полковник выглядел явно озабоченным, беспрестанно поглядывал на свой чудовищный хронометр. Его толстые губы расплылись в извиняющейся улыбке:

— Я должен вас покинуть, у нас собрание в Развод управлении.

Они попрощались, индус уселся в свою старенькую машину и исчез в клубах синего дыма.

— Любопытный тип, — заметил Малко. — Ему можно доверять?

По лицу Алана Праджера можно было понять, что он не заблуждался на этот счет.

— Не больше, чем любому индусу. Ну, может, чуточку побольше. И потом он очень нуждается в деньгах.

— Такое впечатление, что он не поверил нашему сообщению, — подчеркнул Малко.

Они вновь окунулись в круговорот Ринг-роуд, направляясь к центру. Алан Праджер вдруг резко затормозил, пропуская свадебный кортеж, который двигался во встречном направлении. Во главе шествовали, приплясывая, три пестро разодетые танцовщицы с бубенцами на щиколотках, за ними шли музыканты в красных мундирах, и их трубы перекрывали шум улицы. Шествие замыкала невеста, восседавшая на лошади, покрытой золотыми шалями и попоной. Сидела она прямо как свечка. Традиционная Индия. Американец покачал головой:

— Его легко понять. В Пенджабе не проходит и недели, чтобы не убили полицейского. Но я, пожалуй, готов согласиться с его выводами. Эти молодчики слишком примитивны, чтобы подстроить какую-нибудь пакость здесь. Но если премьер-министр поедет в Пенджаб, вот тогда, действительно, гляди в оба...

— Почему бы не оповестить его о намерении Лала и Амманда Сингхов приехать в Дели? — спросил Малко. — Индийским службам было бы достаточно арестовать их, и весь заговор тогда рухнет.

— Мне не хотелось бы, чтобы он оцепил вокзал, — сказал Алан Праджер. — Если эти типы еще не передумали, лучше попытаться схватить их без лишнего шума. Но я лично полагаю, что они не приедут. А пока что вы познакомьтесь сегодня вечером с моей подругой Мадху. Через нее мы, может быть, выйдем и на эту таинственную сикхскую особу. Во всяком случае, — вы сами убедитесь, моя знакомая весьма привлекательна.

Да уж, пышнее этой Мадху Гупта и не придумаешь! Казалось, она только что сошла с какого-нибудь эротического культового барельефа. Ее налитые груди распирали шелк сиреневого сари, ее колыхающаяся походка сознательно провоцировала вас; что касается ее взгляда, он воспламенил бы любого философа-гуру, даже и самого отрешенного от мирских соблазнов. Большие влажные черные глаза, подрисованные краской, жгли вас сладострастным огнем.

Ее духи смешивались с запахом бесчисленных сандаловых палочек, благоухавших по всему интерьеру, столь же ослепительному, как и сама хозяйка: канареечного цвета занавески, лампы с абажуром из красного атласа, с которых свисали виноградные гроздья, низенький столик на четырех бивнях слона.