— Во время родов. Умерла она и мой новорожденный брат. Это произошло три года назад. С тех пор мы с папой очень дорожим друг другом.

— А почему тебя в России дед пытается выдать замуж против воли? На дворе двадцать первый век, женщина давно имеет право выбора.

— Моя мама, когда ей было восемнадцать, сбежала из дома, тем самым разрушив планы своего отца на выгодное ее замужество. В отличие от меня, ей удалось убежать с документами и кое-какими деньгами. Подробностей не знаю, но каким-то образом она оказалась в Канаде, где познакомилась с папой. Помирилась мама с дедушкой не сразу, мне было пять лет, когда в нашей жизни появился дед. С тех пор я каждое лето проводила в России, знакомилась со своими родственниками, радовалась жизни. В страшном сне не могла подумать, что парень, который мне нравится, окажется тоже дальним родственником.

— Не такие уж мы и близкие родственники. Отец сгущает краски, — уверенность в голосе Саита вызывает улыбку. Я усмехаюсь. Интересно, он знает, каким его отец бывает грозным?

— Твой папа против наших отношений.

— Я знаю, поэтому я рядом с тобой.

— Из вредности?

— Нет, потому что я люблю тебя. Я же тебе об этом говорил, — темная бровь иронично приподнимается, я забываю закрыть рот. Моргаю, не знаю, куда себя деть от повторного признания Саита. Понимаю, что не готова и не хочу сейчас признаваться в чувствах, угроза Саида Каюма эхом звучит у меня в голове.

— Нам нельзя… — крепко сжимаю вилку, борясь с желанием наплевать на все преграды и условия, которые нам создала жизнь. — Боюсь твой отец закопает меня в лесочке, если узнает, что я посмела его ослушаться.

— Мой отец только создает вид, что ужасен, на самом деле он вполне нормальный человек. Если к нему подойти с вескими аргументами и доводами, уверяю тебя, поменяет свое мнение сразу же, — в очередной раз ловлю себя на мысли, что Саит до конца не представляет, что за человек его отец.

— Не будем пока о наших отношениях. Расскажи о себе, — игриво двигаю бровями, вызывая у Саита смех. Его беззаботность подкупает и заставляет забыть все проблемы, которые стоят за спиной и наступают на пятки.

— О моей семье ты уже в курсе. Учился я хорошо, мог отлично, но было лениво. Продолжил обучение в Лондоне, потом в Нью-Йорке. Работаю в семейном бизнесе в Сингапуре. Все просто и скучно.

— А личная жизнь?

— Ты о своей личной жизни ничего не рассказывала.

— Ты в курсе, что ее не было. Не думаю, что тебе интересно, с кем я впервые поцеловалась и чей увидела член первый раз.

— Так ты оказываешься до меня уже видела член! — показательно возмущается, наигранно сердится, я не сдерживаюсь и хохочу во весь голос, привлекая к нам внимание посетителей. Прикрываю ладошкой рот, сдерживаю смех. Забавный Саит, настоящий хамелеон. С ним точно никогда не будет скучно, потому что не знаешь, каким он будет сейчас, каким через минуту. Будет Саит улыбаться или хмуриться.

Утолив голод, мы неторопливо выходим из кафе. Я вспоминаю, что нужно в аптеку. Тут меня настигает ступор. Как объяснить Саиту, на что мне нужны деньги? Презервативы он сам может купить без моего ведома, а вот таблетка, которую желательно принять в течение суток после незащищенного секса ему не нужна. Мобильный интернет телефона Саита четко мне сообщил, что чудо-таблетка продается без рецепта, цена ее вполне адекватная.

— Саит, — чувствую себя неловко под пристальным взглядом, слова застревают у меня на вдохе, но преодолеваю барьер, хрипло выдаю:

— Мне нужны деньги, тысяча рублей, — облегченно вздыхаю, когда без допроса мне протягивают купюру. — Я в аптеку, не успеешь соскучиться! — в порыве благодарных чувств, чмокаю Саита в губы и вприпрыжку бегу в аптеку.

Очереди нет, значит смущаться предстоит только перед тетей-фармацевтом. Улыбаюсь, она смотрит на меня равнодушно.

— Мне, пожалуйста, постинор дайте и бутылку воды ноль пять, — кожа губ от напряжения кажется сухой и вот-вот лопнет. Под осуждающим взглядом фармацевта получаю упаковку лекарства и бутылку воды. Забираю сдачу и, чувствуя затылком все тот же порицающий взгляд, выбегаю из аптеки. Саит ждет неподалеку. Отдаю ему сдачу, сразу открываю бутылку.

— А что ты собираешься пить? — он ловко у меня отбирает упаковку, вчитывается в название, хмурится, я пытаюсь выхватить коробочку, но Саит отворачивается.

— Дева?! — вопрос задан таким тоном, что молчать чревато последствиями, но и объяснять ему ничего не хочу. Сверкаю глазами, сверлю его сердитым взглядом, но ему все равно, ждет от меня ответа.

— Это таблетка.

— Вряд ли от головной боли. От чего?

— Не твое дело!

— С того момента, как я решил тебе помогать, все, что касается тебя, мое дело. Говори! — я вздрагиваю, потому что у меня ощущение дежавю. Голос Саита точь в точь сейчас похож на голос Саида Каюма. И смотрит Саит на меня так же, как и его отец: со скрытой угрозой.

— Мы сегодня не предохранялись утром. Противозачаточные таблетки я не пью.

— И? Что тебя смущает?

— Ты прикидываешься дураком или дурак? — взрываюсь, делая очередную попытку выхватить у него из рук упаковку. Не получается. Поджимаю губы, скрещиваю руки на груди.

— Мне не нужна беременность! Ясно? Я не планирую детей сейчас и в ближайшем будущем Может, когда мне будет лет тридцать, тогда рожу ребенка, а пока я хочу найти смысл жизни. Я еще слишком молода, чтобы связывать себя младенцем. Теперь ты мне отдашь эту таблетку?