— Чтобы ты проанализировала информацию и сделала выводы.

— Так уже сделала! Примитивный конструктор, как детская игрушка. Вот это что.

— Именно! А дальше?

— Что дальше?

— Второй вывод.

— Хочешь сказать, что эту хреновину… собирали прямо здесь, в системе? И строительный материл здесь же производили?

— Вот видишь, какая ты умница!

— Да ну тебя, Заварзин! — по привычке взъелась Лизка, но сразу же опомнилась: — Но… зачем?! В чём смысл?!

— В том, что станцию сюда не пригнали откуда-то, а построили здесь вокруг чего-то. Чего именно, пока не ясно, но, несомненно, чего-то ценного. Хотя бы тем, что это что-то способно поглощать излишки тепла, генерируемого инфраструктурой станции — иного объяснения отсутствию системы охлаждения у меня нет. И отсюда примитивизм конструкции и её же минимализм. А те же компрессоры можно привезти готовые из метрополии.

— А не проще было перевезти находку в специально оборудованное место?

— Видимо, не проще. Секретность, опять же. А к спартанским условиям космонавты той эпохи были привычными.

— Ну и когда ты заподозрил? — с прищуром уставилась на меня Лизка.

— Почти сразу же. Помнишь, ты мне отповедь устроила, типа, у предков во времена Рывка были такие же технологии, что и у нас сейчас? И ты права. Принципы и технологии на их основе — одинаковые. Разница только в масштабах. Развитие любой технологии идёт, как правило, по пути миниатюризации. Поэтому сейчас у нас корабли куда меньше размерами, но при этом значительно более комфортабельные. И безопасные. И функциональные. То есть мы бы однозначно сумели узнать знакомые агрегаты типа маршевых двигателей. Но ничего этого на объекте нет — ни двигателей, ни прыжкового генератора, ни установки искусственной гравитации. С последней вообще очень странно всё — такое ощущение, что станция должна была вращаться целиком. Не кольцевые секции вокруг центральной «оси», а все эти элементы вместе, включая непонятную сферу. И раскручивать их предполагалось от внешних устройств. Ну а дальше уже дело техники. Осмотрелся, сопоставил… в общем, тут наверняка работала небольшая флотилия с кораблями обеспечения и «шахтерами». Руду, углерод и водород добывали здесь же, скорее всего в астероидном поясе. Можно будет потом поискать следы выработок. Панели клепали на прессах, а всякую мелочь на репликаторах.

— Это всё понятно, — нетерпеливо отмахнулась Бетти, — но нам-то что с того?

— На первый взгляд ничего. Но у меня есть один чертовски важный вопрос: как они затащили эту хреновину внутрь «пузыря» без прыжкового генератора?!

— А может, его не было? «Пузыря» в смысле, а не прыжкового генератора? Ну, когда станцию строили?

— Лизка, блин! Ты гений! — рявкнул я, едва не напугав ненаглядную. — Но лучше бы ты молчала…

— Чего это?!

— Тогда бы у меня не возник второй вопрос: а с какого перепуга здесь «пузырь» образовался?! И что, чёрт возьми, в этой системе тогда творилось?! Может, именно по этой причине мы и не нашли… то есть весь вспомогательный транспорт перемололо «мерцанием»? А почему тогда станция уцелела? Вообще ничего не понимаю…

— Алекс, не пугай меня… — просипела Бетти. — Я и так уже на нервах, мерещится всякое…

— Ну-ка, ну-ка…

— Как будто в спину кто-то глядит… хочу обернуться, но каждый раз спрашиваю себя: а вдруг увижу… кого-то?! И ещё жутче становится…

— Повышенный ментальный фон, а, Кумо?

— Возможно, сэр. Недостаточно данных для анализа.

— Ну кто бы сомневался…

— И что делать, Алекс? — почему-то перешла на шёпот Елизавета.

— Разбираться с этой хренотенью, что же ещё, — вздохнул я.

— И с чего начнём? Полезем в другой жилой сектор?

— А смысл? Мне лично кажется, что нужно провести эксперимент.

— Я вас внимательно слушаю, капитан Заварзин, — изобразил вялую заинтересованность пополам с готовностью Кумо. — Что вы задумали, сэр?

— Давайте-ка, друзья-соратники, вернёмся на «Набат» и попробуем раскрутить станцию одним из «понтонов».

— Э-э-э… стесняюсь спросить… — замялся «мини-гекс», но его перебила куда более решительно настроенная Елизавета:

— Это ещё нахрена, Заварзин?!

— Просто предчувствие, — пожал я плечами. — А что мы теряем, собственно?

— Хм…

— Вот именно! — окончательно припечатал я благоверную. — Давай-ка, кругом, шагом марш! Я за тобой.

Больше возражений со стороны соратников не последовало, и мы довольно быстро (и без проблем, что особенно радовало!) добрались до шлюза в торце «трубы». По пути я снова пялился по сторонам, силясь заметить новые детали, но таковых, к большому своему прискорбию, не обнаружил. Так и пришлось топать в рубку «Набата», несолоно хлебавши. Зато в родном кресле я расположился с предчувствием чего-то необычного. И знаете что? Мне это чувство понравилось. Хотя бы потому, что на сей раз никакой опасности я не чуял. Интуиция по этому поводу вообще ничего не говорила. И это было… пожалуй, непривычно. И ещё чуток волнительно. Я даже до такой степени расслабился, что позволил Лизке провести отстыковку и активировать «понтон». Ну а чего? Пусть тоже новый опыт получит. Чёрт, что-то я излишне благодушен!..

На маневрирование потенциальным разгонным модулем убили добрую четверть часа — ну не приспособлен мой «москит» к подобным задачам! Пришлось чуть ли не на ходу корректировать софт. Благо, пристыковаться удалось к штатному месту, обнаруженному при более пристальном обследовании внешней обшивки вращающегося модуля. И нашлось оно, что характерно, на стыке между обитаемыми секциями, аккурат напротив одной из «спиц». Подозреваю, что таковых несколько, минимум две, дабы можно было с большим эффектом создавать крутящий момент за счёт пары сил, то бишь маршевых движков «москитников», а рычаг между ними ого-го какой! Понятно, что в штатный стыковочный узел наш «понтон» не влез, зато мы его приткнули брюхом сверху и зафиксировали манипуляторами. Не очень ровно, конечно, ну да бог с ним — мы никуда не торопимся, и с энергозапасом проблем нет. Подумаешь, чуть дольше провозимся, чем при использовании штатных средств! Если, конечно, у нас вообще хоть что-то получится…

Ладно, не будем о грустном.

— Лиз, готова?

— Как штык!

— Кумо?

— Математическая модель выдает шестидесятипроцентную вероятность благоприятного исхода, сэр.

— Импульс рассчитал?

— Так точно. Учитывая массу и габариты объекта, необходимо задействовать маршевый двигатель на треть мощности в течение пятнадцати секунд. Дольше нецелесообразно — можно повредить и «понтон», и секцию станции.

— Давай, дорогая!

— Есть, кэп! — Лизка браво козырнула и ткнула кнопку «пуск» на виртуальной панели в «дополненной реальности».