— Ну так ищи, чего ждёшь!

— Доступ к сети ограничен оптическим каналом связи, сэр. Нужно просить капитана Сугивару обеспечить доступ к сетевым ресурсам. На это потребуется время.

— А у нас в архивах совсем ничего нет?

— Недостаточно информации для анализа, капитан Заварзин.

— Ну и хрен с ним! — решительно рубанул я ладонью вакуум шлюзовой камеры. — Иду дальше, глядишь, что поинтереснее найдётся.

— Без меня особо не геройствуй, Заварзин! — предупредила Лизка. — Скоро буду.

— Не торопись, дорогая. Дальше следующего помещения не уйду.

— Вот и умница!

Что ж, пожалуй, пора приступать к делу. Лизке до меня и впрямь добираться недолго, но минут пять-семь в запасе есть. И использовать их нужно с умом. Например, разведать дальнейший маршрут, дабы уберечь ненаглядную от неприятных сюрпризов. Мне-то проще, у меня и броня боевая, и пара плазмеров — неизменных «эйч-кей», и какой-никакой боевой же опыт. Спрашиваете, кого здесь опасаться? Да кто бы знал. Совершенно голая клетушка, в которой из предметов мебели только люки с кремальерами да сварные швы между конструктивными элементами в виде шестиугольников. Ни проводки, ни завалящих труб, ни какого-либо светильника — абсолютная пустота. А вот гляди-ка — всё равно стрёмно. Хотя и это объяснимо. Просто после каилитового прииска моя горячо лелеемая паранойя обострилась, вот и дую на воду.

Впрочем, в этот раз пронесло — люк достаточно легко откинулся на петлях влево, и луч фонаря заскользил во тьме довольно длинного коридора. Насколько длинного, оценить не получилось — до противоположного его конца фонарь не добивал. А вот вблизи входа стены, пол и потолок ничем похвастать не могли, ибо были столь же голыми, как и в шлюзе. Мало того, открывшийся тоннель имел шестигранное сечение, поэтому деление сторон по назначению являлось чисто умозрительным и зависело исключительно от ориентации в пространстве пристыкованного объекта, в моём случае «Набата».

— Кумо, построй модель станции с наложением на реальное изображение.

— Есть, сэр. Процесс активирован… процесс завершён.

— Спасибо.

— Не за что, сэр.

— Как скажешь, — пожал я плечами.

По сути, «мини-гекс» прав — благодарить пока что особо не за что. Моделька могла похвастаться предельной детализацией экстерьера, а вот что касается внутреннего устройства… тут процентов девяносто, если не больше, являлось результатом буйной фантазии моего помощника. За исключением, естественно, раскуроченного шлюза и куска следующего за ним коридора. Делать нечего, пришлось медленно и осторожно шагать в неизвестность, не забывая шарить лучом фонаря по всем доступным поверхностям. Кстати, ничего нового это занятие не принесло — коридор оказался предельно скучным и абсолютно пустым. И совершенно неинтересным с дизайнерской точки зрения, поскольку все поверхности выглядели одинаково. Везде серый облицовочный пластик, или что-то вроде, разделённый на шестиугольники. Ну да, чуток побогаче, чем в шлюзе — там вообще голый металл и сварные швы напоказ. А здесь стыки между пластинами едва просматривались, как будто их аккуратно друг к другу приплавляли. Я даже не поленился задействовать щуп, сковырнув кусочек покрытия, и Кумо подтвердил мою догадку — таки пластик, но очень специфический. Предельно малый набор углеводородов, явно синтезирован искусственно, а не получен из природного сырья. И никаких следов активности экипажа. Вот вам, например, что первое приходит в голову, когда озвучивают простенькую затравку «бравые исследователи на древнем заброшенном корабле»? Держу пари, ничего позитивного. Наоборот, всякая чертовщина вроде призраков, пытающихся завладеть телами незадачливых исследователей, инопланетных чудовищ, норовящих оных исследователей сожрать, или на худой конец свихнувшегося маньяка, кромсающего коллег медицинскими инструментами. То бишь непременная кровавая вакханалия, случившаяся с прежним экипажем. Ну, там, брызги подозрительные, потёки, кровавые отпечатки ладоней… вот это вот всё. Ан нет! Ни единого подобного признака! Да что там, даже пыли нет! Да и откуда ей взяться в вакууме в условиях невесомости? Не полной и абсолютной, закон притяжения никто не отменял, но… сама по себе база вменяемой гравитации обеспечить не могла, поскольку вращающиеся модули не выполняли своей главной функции, то есть не вращались. А если бы и вращались, то конкретно в центральной «оси» довольно крупного даже по современным меркам сооружения она бы не ощущалась, поскольку центробежная сила здесь равнялась нулю. Хотя логика расположения стыковочного узла именно в её торце понятна — в «ось» проще прицелиться, чем в любую другую точку вращающейся системы. Да и сам процесс стыковки осуществить гораздо легче.

За этими размышлениями я и скоротал дорогу до противоположного конца коридора, который вполне ожидаемо заканчивался ещё одной переборкой с люком. И тоже механическим, с такой же кремальерой, что и предыдущие два. И незаваренным, что не могло не радовать. Это с одной стороны. А с другой — немного напрягало. Просто потому, что я не понимал логики сварщика. К чему заваривать внешний люк, оставив остальные в изначальном рабочем, состоянии? Я бы ещё понял, если бы они все были намертво заблокированы, причём с моей стороны. Это бы означало, что некто пытался отгородиться от чего-то не очень приятного (и это очень мягко сказано!), надвигавшегося откуда-то из центральной части осевой «трубы»… кто сказал «монстр»?! Кстати, а что у нас там? Хм… сфера, составленная из всё тех же шестиугольников. И, судя по модели Кумо, практически идеальная. Понятно, с допуском на величину конструктивных элементов. Размер… впечатляющий, так скажем. Диаметр ровно в пять раз превышает этот показатель у самой «трубы». Кстати, у вращающихся секций этот параметр больше в десять раз, и они вынесены в стороны от центральной сферы, то есть я сначала доберусь до перехода в жилую зону, вернее, переходов — секция крепилась к «оси» посредством шести тоннелей-«спиц», в которых помещались пассажирские лифты. В общем, последний покинувший станцию член экипажа (или кто бы то ни был) вёл себя странно. Хотя… если принять за гипотезу охватившую его панику, которая отпустила лишь в шлюзе, то всё сходится. Он просто с максимально возможной скоростью нёсся по коридорам… или плыл в невесомости? Не суть. Главное, что он не воспользовался сваркой до самого последнего момента, но не забывал задраивать за собой люки. Ну а последний «запер» намертво. В буквальном смысле слова. Бр-р-р-р! Не нравится мне всё это. Темнота, абсолютная тишина, отсутствие вибраций и как результат — взгляд в спину. Так и подмывает обернуться и спросить — кто здесь?! Ещё чуть-чуть, и ужас накатит. Липкий, беспричинный и потому особо пугающий…

— Заждался, дорогой?

— М-мать!!! — чуть ли не взвизгнул я, среагировав на голос и лёгкое касание плеча.

Не будь на мне ботинок с магнитными подошвами, наверняка бы подпрыгнул от неожиданности. А так устоял, и даже лёгким испугом не обделался. Вздрогнул разве что, но быстро взял себя в руки и повернулся к ненаглядной:

— Лизка, блин! Меня чуть кондратий не хватил! Ты нафига подкрадываешься?!

— Да больно надо! — отпёрлась Бетти и грациозно от меня упорхнула.

От греха, как говорится.

И только потом до меня дошло, почему я проворонил её приближение — она не использовала магниты, а просто плыла в невесомости, периодически отталкиваясь руками от поручней, тянувшихся вдоль всех шести поверхностей коридора. Вот что значит привычка! Навострилась за годы, проведённые в рядах «трофейщиков», и даже не задумывалась, как это со стороны выглядит.

— Ладно, извини, — пошёл я на попятный. — И это… магниты включи. Мне так будет спокойнее.

— Хорошо… доволен?!

— Угу. Хоть на человека стала похожа.

— Зато мобильность потеряла!

— Зато твёрдо стоишь на ногах! — парировал я. — Держись ближе, не нравится мне тут.

— Обычная «заброшка», — беззаботно отмахнулась Бетти. — У гексов корабли пострашнее будут. Там никогда не знаешь, какая хрень из ближайшей стены вылезет. Или из пола вырастет.

Это да, подтверждаю. Первая встреча с функциональным юнитом до сих пор из памяти не выветрилась.

— Кумо, мы сейчас где?

— По моим расчетам, как раз за этим люком расположен транспортный узел, капитан Заварзин.