Пффффф…

Перед глазами маячат её розовые прелести, от этого в трусах мгновенно шевелится. Перестаю об этом думать, потому что не хочу сверкать стояком, как маяком.

– Так что?
– Болтает ногой Кира.

Она в курсе того, где я сейчас обитаю. По крайней мере, в курсе, если умеет строить причинно-следственные связи.

– Да мне, вроде, есть где жить, - говорю, наконец-то.
– Но спасибо.

– Ясно, - усмехается Кира и отводит глаза.

Чё ей ясно, я не знаю.

Зачем отказываюсь?

Да хер его знает. Хотя, чего тут знать. Не хочу я никуда съезжать, вот и всё.

Проверяю телефон. Там пропущенный от моего папашки и всякая дребедень в мессенджерах.

От Жени ничего нет.

А я как бы, блядь, жду ответ на своё сообщение тридцатиминутной давности.

Я спросил, во сколько она закончит?

Понимаю, что в отличии от меня она сейчас работает, а не кальян покуривает. Кстати говоря, кальяны она терпеть не может. Кто бы сомневался. Она у нас терпеть не может все, от чего нормальные люди расслабляются. Кроме секса. Его она уважает. По крайней мере со мной она трахается по первому требованию.

Уже четыре утра, и меня все как-то напрягает.

Волосы на макушке ерошит чья-то рука. Поворачиваю голову и вижу блондинку Вику, с которой мы бывало трахались по пятницам. Улыбается, заглядывая в глаза. Убираю её руку от своих волос, здороваясь. Посыл улавливает мгновенно. Натянуто подмигнув, отчаливает.

На диван рядом с Кирой падает Лёва, обнимая её за плечи. Судя по состоянию его зрачков - чем-то обдолбанный.

– Немец, в сауну поедешь?

– Отвали… - отталкивает его Кира

Тот продолжает доебываться. Кира смотрит на меня беспомощно.

Блядь.

Ну и что, мне ему рожу бить?

Он когда обдолбанный, его только кулаком можно успокоить, отправив спать.

Я ему дам по роже, он даст мне. Итог: вернусь домой с разбитой рожей. Женька опять распсихуется, и ведь не объяснишь. Выгнать не выгонит, но верещать будет - это факт. Плюс она с меня стрясла обещание быть паинькой. И я, вроде как, его держу.

Ход моих мыслей весь сегодняшний вечер примерно так и выглядит. И это, извините - полнейший пиздец.

Прямо сейчас представляю, как моей мегере не понравилась бы подобная обстановка. Если смотреть на мир её глазами - обстановка "хули я здесь забыла?".

Это, по ходу, заразно.

Ставлю на стол стакан сока и встаю.

Кира вертится в руках Лёвы как юла, спрашивая:

– Ты куда?

– Спать.
– Протягиваю ей руку и выдёргиваю с дивана.

Её руки обнимают мою шею, тело прижимается вплотную, через полупрозрачную блузку чувствую её соски, потому что она без лифчика.

– Кира...
– предупреждающе говорю ей.

– Макс… - выдыхает в опасной близости от моих губ.

Отклоняюсь насколько это возможно и снимаю её руки со своей шеи.

– Мы вроде это обсуждали.
– Отстраняюсь от неё, делая шаг в сторону.

Усмехается и отворачивается.

– Макс Немцев и моногамия. Вау.

– Такси тебе вызвать?
– Кладу руки в карманы, покачиваясь на пятках.

– Спасибо, обойдусь… - уходит, расталкивая народ.

Смотрю ей вслед, понимая, что мне вроде как насрать на эти обиды. У меня своих проблем до хрена и больше. Но я и раньше не особо уделял внимание чужим проблемам. Я эгоист, и мне комфортно.

В кармане толстовки вибрирует телефон.

Кудряш: “Через час закрываемся. Спать хочу и есть.”

Улыбаюсь, почесывая затылок.

Я: “Заберу тебя.”

Кудряш: “А ты где?”

Я: “В Караганде.”

Кудряш: “Ясно, умник. Картошки фри там нет?”

Сейчас будет ей и картошка, и пельмени, если захочет.

Я: “Подъеду, напишу.”

Кудряш: “Ждуууууууууу…”

Хмыкнув, кладу телефон в карман. Смотрю на Лёву. Он развалился на диване и догоняется Кирюхиным коктейлем.

– Я поехал, - говорю ему, перекрикивая музыку.

– Депозит погасишь?
– Жуёт он лёд.

Лёва не бедный мальчик. Деньгами мамаши самолетики пускал. Но бухать у нас обычно принято за мой счёт. Я, вроде как, рад побесить батю пятизначными чеками, но своими бабками эти попойки оплачивать не собираюсь.

– Не в этот раз, Лёва. Давай тут как-нибудь сам.

Сбегаю по ступенькам, накинув на голову капюшон.

На такси заезжаю в Макдональдс и беру фаст-фудного говна Женьке и себе.