Курс домой мы не держали. Сразу отправились в издательство. Иванцов опешил, кода увидел нас. Сначала сотрудник не знал, здороваться ему или нет. Он сделал несколько неуверенных движений и негромко проговорил:

— Александра Владимировна, сегодня же воскресенье. Здравствуйте! Добрый день, Игорь Сергеевич!

— Павел, ты один дежуришь? — обратилась к Иванцову.

— Да. И уже почти заканчиваю работу.

— Покажи, какие журналы вышли на печать, — тон Игоря был ровный, но слишком серьёзный. Иванцов дёрнулся и его глаза забегали, как у перепуганного ребёнка. Павел первый прошёл в помещение типографии. Двадцать аккуратных стопочек с журналами лежали на стеллаже, упакованные в защитную плёнку. На станке печатался остальной тираж. Иванцов взял один журнал, передал его Игорю.

— Аля, ты утверждала это? — Буланский пролистал несколько страниц. Я отрицательно покачала головой.

— Что Антон сказал по поводу тиража, Павел?

— Да ничего он не говорил. В четверг под конец рабочего дня Мельников передал мне утверждённые образцы. На них ваша подпись стояла Александра Владимировна. Раз одобрено, я запустил всё в печать. Часть буклетов в пятницу доставили Арнольду Валерьевичу.

— Я в курсе. Покажи образцы. Где они? — подмену я мысленно пережила, но подпись, которую не ставила… Беспредел в издательстве, получается, процветал. Павел порылся на полках стеллажа и показал макеты, «подписанные мною собственноручно». Закорючки походили чем-то на мою подпись. Её явно ставили по трафарету, приложив оригинальную к стеклу. Слишком неровная была подпись. Антон бы не стал мараться рисовать это безобразие.

— Позвони Мельникову, Павел. Пусть срочно приезжает в издательство, — распорядился Игорь. — Откладывать до завтра выяснение правды не надо.

Не менее перепуганный Антон примчался в издательство в течение часа. Я не слышала, каким кренделем его заманивал сюда Иванцов, но диверсант явился по его просьбе. Разговор у нас был долгий и тяжёлый. Сначала Мельников упорно отпирался, что подменил образцы. Стоило Игорю позвонить новым сотрудникам, разговор поменял своё русло. Антон понял, что против него имеется что-то у ребят.

— Я не планировал изначально менять образцы. Но издательство долгое время топталось на месте, и не было дальнейших перспектив для меня и многих. Зачем вам дело, в котором вы ничего не понимаете? Не лучше ли продать компанию другим бизнесменам и не мучиться! — наконец сознался он. Более хамского рассуждения о том, кому и чем заниматься я в жизни не слышала. Маска с Антона слетела моментально. Презрительный взгляд дизайнера. Интонация полная пренебрежения. Господи! Кого я пригрела под боком?! Он два с лишним года пил воду из этого колодца и гадил в него!

— И кому, по-твоему, нужно было продать издательство? — спросил его Игорь. — Кто подпись за Александру рисовал?

Антон расплылся в гаденькой улыбочке. Он не стал отвечать Игорю на вопросы. Дизайнер повернулся к нам спиной, а меня одолело желание сдать его в полицию. Я набрала номер «сто двенадцать» и Мельников вдруг выпалил:

— Я не один придерживался этого мнения. Анна и Тёма солидарны со мной. Даже новенькая Маришка сказала, что издательству нужен срочно другой владелец.

— Маришка? — переспросила я Антона с какой-то особенной злостью, что закипела при упоминании её имени. Она тоже вредить мне собралась?

— Ну, да, — подтвердил дизайнер, и мы с Игорем переглянулись. — Марианна и помогла мне с подписью. Я бы не додумался так её сделать.

Убийственное завершение расследования. Куда только не просочилась Марианна! В мою личную жизнь, мой дом и, не успев устроиться в издательство, полезла в интриги.

— Пойдём в мой кабинет, Антон, — предложил ему Игорь. — Аля, боюсь, что мы надолго здесь останемся. Мои безопасники уже в издательстве. Ты можешь поехать пока в загородный дом, — Буланский вручил мне ключи.

— Я сначала поеду к Еве. Помнишь, я говорила.

Он кивнул. Посетить кузину было самым разумным в данный момент. С Евой мы виделись не часто, зато разговоры по душам у нас всегда получались продуктивные. Я доверяла ей, а она мне. Поддержка близкой родственницы была необходима. Предоставив дальнейшее разбирательство Игорю, уходила я из издательства в очередном шоке. Радушно принятая Евой, засиделась у неё до поздней ночи. Одна голова хорошо, а две лучше. Сестра придерживалась того же мнения, что и Игорь. Скандал в издательстве раздувать не вариант, а обязать Антона под расписку возместить убыток стоило. Моя же личная драма сильно расстроила Еву. Кузина предложила остаться жить у неё, но я извинилась и отправилась в дом Буланского.

Он не спал, когда такси подъехало к воротам элитного участка. Игорь ждал меня на улице. «Завидный» мужчина собственнически обнял, как только я вышла из машины и чертовски соблазнительно прошептал на ухо:

— Аля, добро пожаловать домой!

Приятно! Как же было приятно оттого, что тебя с нетерпением ожидали!

Мы направились к особняку, а навстречу вышла Инна. Она тоже не спала. Весь первый этаж был освещён. Лечь спать нашей честной компании было суждено не скоро.

Я проснулась поздно. Час потратила на сборы. Тщательно привела в порядок отросшие подросшие волосы, наложила лёгкий макияж, надела светлый стильный брючный костюм. Мне предстояло провести экстренное собрание для сотрудников. Бардак, учинённый в издательстве, полагалось пресечь на корню. Войдя в здание, я заметила Марианну, резво гарцующую по кабинету. Она что-то рассказывала Тамаре, а её начальница кшикнула: «мол, сядь за рабочий стол».