Правильно. Вот теперь у нас всё по-настоящему. Спина к спине. Как и должно быть в подобной ситуации.

В воскресенье с самого утра Роме позвонили. Я насторожилась, задаваясь мыслью: «Неужели сейчас стартанёт, как какой-то мальчик по вызову?» Есть ли хоть малейшее понятие приличия для той, что спала с чужим мужем? Есть ли хоть немного совести у того, кто имел семью? Наверное, когда двух сластолюбцев необузданно прёт, ни о какой морали и речи быть не может.

— Это звонила мама, — оправдался Рома, когда сбросил звонок. — Родители приедут к нам сегодня.

Отличная новость для выходного скучного дня. Свёкор и свекровь всегда хорошо относились ко мне. Я, в свою очередь, принимала их очень радушно. День в обществе родителей оказался настоящим спасением для меня.

Валентина Павловна, мать Ромы, спокойная, уравновешенная женщина пятидесяти пяти лет, через полчаса находилась в квартире. Тактичная и обходительная. Как всегда. Такой она предстала в нашу первую встречу. Такой и осталась по сей день. Это большая редкость, когда невестке везёт со свекровью. Мне в этом плане действительно повезло.

Андрей Михайлович, отец Ромы, степенный мужчина. Добропорядочный семьянин. Наблюдая за Соболевыми старшими за обедом, спрашивала себя: «А мог бы кто-нибудь из низ тайком изменить?» «Стала бы Валентина Павловна молча терпеть и делать вид, что ничего не происходит?» Человеческая интуиция — загадочное явление. Мне не нужны были словесные расспросы или доверительные беседы на тему «Х» по душам. Я отчего-то знала, что в жизни родителей Ромы подобного факта нет. Сын явно не в них пошёл.

В основном я уделяла внимание родителям, в течение дня. Неосознанно или специально Роме перепадала малая толика. Его заботила моя скрытая холодность. Время от времени его также волновал загадочно мерцающий телефон. Коварный «вжух» раздался ближе к обеду и периодически о себе напоминал. Муж поначалу не придавал значения. Не подходил к неизменному комоду, чтобы прочесть сообщения. Постепенно у него появлялась нервозность. А к вечеру Рома засуетился стоило снова услышать «вжух». Он сорвался. Накричал на Валентину Павловну из-за пустяка. Обычный вопрос с её стороны вызвал у сына слишком бурную реакцию.

«Что муженёк нервы сдают?».

Свекровь расстроилась. Пришлось сглаживать острый угол. Я сослалась на временные трудности, возникшие в компании, чтобы объяснить срыв Ромы и успокоить её. Выглядело ли оправдание правдоподобно? Возможно. Во всяком случае Валентина Павловна проявила свой знаменитый такт. Оставила сына в покое. Ещё час общения, а затем родители засобирались домой. Мы прощались, и опять проклятый «вжух!».

Беззвучный вопрос: «Какого рожна она это делает?» зазвенел в клетках мозга, когда муж коротко кивнул отцу, стоявшему в дверях. Под немой укор Валентины Павловны, он выдвинул ящик комода и взял в руки опостылевший телефон.

— Чёрт! Завтра с самой рани будет суматошный день. Это пишет Малютин, — ткнул пальцем в экран гаджета Рома. Валентина Павловна понимающе кивнула головой. — Опять у них в финансовом отделе что-то стряслось.

— Тогда больше не будем беспокоить вас. Доброй ночи! — вошёл в положение сына Андрей Михайлович.

Меня взбесила поведенческая реакция мужа. Я высказала ему пару ласковых, когда за родителями закрылась дверь. Проблемы у Малютина?! Да как же! Он, поди, небось, целый день похмелялся после вчерашнего сабантуя. Соболеву явно спермотекоз бил в голову. Господи! В какой лжи я жила!

«Ставь будильник на пять утра, Ромик. Завтра тебя будет ждать незабываемый завтрак!».

Я предоставила ему возможность отписаться. Закрылась в ванной, а спать ушла с другую комнату, сославшись на жуткую мигрень.

Утренние сборы я закончила до того, как Рома проснулся. Как примерному руководителю, мне полагалось появиться в офисе раньше всех сотрудников. К восьми часам должен появиться незыблемый талант. Встретить Марианну Волкову, я хотела лично.

— Уходишь? Так рано? — Рома застал меня в прихожей, когда я обувала туфли.

— Да. Я сменила график работы, — нехотя ответила ему. — Завтрак не готовила, Ром. Если ты голоден, позаботься об этом сам. Мне пора бежать. Пока!

— Аля! Что за новости? Постой!

Муж не одобрял изменений в привычной жизни. Он впился в меня взглядом. Его зрачки расширялись и практически слились с краями радужки. Злость и раздражение читались на лице. А как ты хотел Рома? Думал, что женился на вселенской терпиле?

— Что-то не так, Рома? — непонимающе спросила.

— Ты изменилась после поездки. Контактирование с Буланским тебе не на пользу, — огорошил муж. Ревность, присущая его натуре, не дремала. Зверь зверя чуял. — Может, стоит пересмотреть его предложение и плюнуть на расширение издательства. Давай я обсужу это с Игорем.

— С чего ради? Рома разве не ты говорил, что пора сделать из предприятия достойное звено?

— Говорил. Найдём другого инвестора. Я сам займусь этим вопросом, — заявил он безапелляционно. Рома приблизился, чтобы поцеловать, но я отошла в сторону. Не сейчас, не сегодня, не в ближайшие дни. Первый шок прошёл и уступил место отрицанию.

— Я не буду ничего менять. Иначе окончательно поссоримся, — доходчиво донесла до него. Скулы у Ромы на лице заходили ходуном. У меня тоже есть характер, и муж был знаком с ним. Он молча проглотил обиду. Возражения касаемые ведения дел — вот что задевало его всегда. — Ой! На часах семь. Мне пора бежать, Ром. Иначе дорога молодёжи не откроется.