– А ты?
– Она покачала головой.
– Что ты несешь? Перед продажей проводят обязательную инфекционную чистку. Я знаю про это правило. Иначе продажи не состоится. После чистки не то что чужих вещей, ни единого следа человеческого не остается. Не отпечатков, ни волосинки, ни кусочка кожи. Так зачем ты мне на уши вешаешь это всё? Думаешь, я настолько дура, что элементарных вещей не знаю? Ну, привел бабу… баб. Ну, развлекался, почему бы нет, денег теперь много. Много же?

Его глаза упрямо сверкнули, а потом он кивнул. Да, много.

– Ну вот.
– Васька усмехнулась и снова попыталась выйти. И снова он не пустил.

– Ладно.
– Почти рявкнул Данила.
– Это не от прошлых владельцев, согласен. Это вещи Вилки и Светланы, я подвозил их в безопасное место.

– Что? Ты?!

– Да! Не мог же я их бросить. Их бы в покое не оставили, их некому защитить. Затаскали бы на допросы и сделали соучастницами. В общем, они бы не выкарабкались, ты же понимаешь?

– А вы разве не вместе работаете?

– Нет. С чего ты взяла? И между нами ничего нет. Они, наверное, просто забыли, собирались в спешке.

Васька неопределенно пожала плечами. Вместе, не вместе, в данный момент для неё большого значения не имело. Больше поражало другое.

– Потрясающе просто.
– Васька покачала головой.
– Ты даже не пытаешься оправдаться, так напрямую и говоришь об этой краже. Как будто гордишься ею.

– Не горжусь. Но чего ты от меня ждёшь?

– Не знаю. Может, что ты хотя бы извинишься.

– Извинюсь?
– Он картинно расхохотался.
– С чего бы это? Я не жалею о том, что сделал!

– Не жалеешь, что обворовал мою семью? Семью девушки, которая тебе верила?

– Не семью девушки, а её отца! Семьи там никакой и близко нет. И это ещё самое малое, что он заслуживает.

– Разве это тебе решать?

– Мне.

– Да ты просто упёртый и капризный ребёнок!
– Закричала Васька. Потом невольно всхлипнула носом. Слёзы вот-вот, уже на подходе. Она такая жалкая!

– Я не жалею о том, что сделал.
– Отрезал Данила.
– Только о том, как всё вышло с тобой.

– Ой, ну конечно!

– Я тебя люблю. Это правда!

Васька молча отвернулась.

– Можешь не верить. Но я никогда бы не оставил тебя твоему отцу. Как только мы познакомились, и я понял, что попал… Я сразу дополнил план. Я должен был забрать тебя, как только добуду код безопасности, но возникли сложности. Мне пришлось срочно уехать, а потом… я просто не успел. Всё слишком быстро завертелось, деньги слишком быстро перевели. Нас слишком быстро вычислили. Я просто не успел, слышишь меня? Я тебя не бросал!

– Что значит, не оставил? Не бросал? Я что, чемодан? Ты так говоришь… ничего не спросил, не объяснил, ты думаешь, я хочу куда-то с тобой лететь? Чем ты тогда отличаешься от моего отца? Он меня никогда ни о чём не спрашивал!

– Я не такой! Я бы никогда не стал обращаться так с собственной дочерью!
– Данила невольно опустил взгляд ей на живот и уже спокойно закончил.
– И не стану.

– Это моя дочь!
– Васька вдруг заволновалась, вскочила, прикрываясь руками, будто Данила мог вдруг взять и как-то изъять из неё ребёнка.Васька слышала, это возможно, такие технологии существуют. Вдруг Данила, вдруг он?..

Паника накатила душной волной. Отец бы смог. Он бы смог с ней так поступить. И Васька не видела причин, почему Данила не сможет.

– Васька!
– Отчаянно крикнул он, делая шаг назад. Его губы побледнели, а глаза, наоборот, стали тёмными.

Она моргнула, почти придя в себя. Он пятился прочь.

– Васька! Я отошёл, видишь? Я не стану… ты о чём думаешь? Почему ты меня боишься? Неужели ты, правда, думаешь, что я могу тебя обидеть? Да что же ты!..

Он не договорил, схватился одной рукой за голову, за волосы, как будто собирался сам себя дёргать, развернулся и пропал в коридоре. Васька осталась одна - вся дрожащая, скорченная, как крендель, со слезами на глазах.

Теперь, когда паника прошла, она не понимала, чего, в общем-то, испугалась. Села на стул, выдохнула.

Это всё отец. Это он превратил Ваську в дрожащее желе. Та его мимолётная фраза, которую он бросил Ваське перед самим полётом, никак не выходила из головы. Она становились только больше и тяжелее, и Васька уже не могла дышать под её весом.

Он сказал, что она уже достаточно взрослая… судя по тому, что завела себе любовника из персонала. Достаточно взрослая, чтобы принести пользу. Например, внука.