Васька пожала плечами. Она в который раз убедилась - да, он ничуть не жалеет. Он шёл к своей цели, и шёл бы, наверное, и по трупам. Хотелось бы только знать - а если бы на пути легла она? Переступил бы? Так, втайне, это одно, а смотря в глаза - переступил бы?

Но какой смысл просить вора сказать правду?

– И если мы со всем разобрались, наверное, можно двигаться дальше? Вместо того чтобы возвращаться постоянно к прошлому. Оно уже закончилось. Всё, Василиса, всё!

Кажется, Данила занервничал, раскраснелся. К счастью, орать и всё крушить не стал, взял себя в руки.

– Если ты не будешь упрямиться, всё будет хорошо.
– Добавил.

Вот это поворот! Васька даже ответить ничего не смогла. Вот, оказывается, в чём проблема! В том, что Васька упрямится. Ну конечно, теперь всё в порядке. Сейчас она перестанет и всё в жизни наладится.

– Правда. Всё будет хорошо.

Данила потянулся вперёд и взял Ваську за руку. Впервые с того момента, как они расстались тем далёким утром. Ну, впервые, когда она находилась в памяти, ведь он как-то тащил её сюда и осматривал в медицинской кабинете. Явно руками пользовался.

Васька прислушалась к собственным ощущениям. И с тоской поняла, что ей нравятся его прикосновения. До сих пор. Посылают такую же приятную, волнующую зыбь по телу, и сердце невольно сжимается от счастья.

Жалкая, жалкая Васька, так жаждет любви, что даже его отвратительный поступок ему простила. Наверное, потому что отца своего не любит и не уважает. И в глубине души, если уж совсем начистоту, она даже радовалась, что папашу кто-то нагрел. Сам-то он не брезговал грязными сделками, она может и дура, зато со слухом и наблюдательностью у неё всё в порядке. Во многом отец заработал свою репутацию именно сделками, в которых почему-то всегда выходил единоличным владельцем прибыли, и сколько раз его проверяли - всё по закону, комар носа не подточит! Скольких он разорил? Вряд ли точная цифра когда-нибудь всплывёт на суд общественности.

Но это всё лирика. Дальше-то что?

– В общем, наша цель сейчас - улететь с планеты. Так?
– Тихо спросила Васька.

– Так.

Данила ответил с паузой, а потом вдруг наклонился и прижался губами к её ладони. И прошептал:

– Ты теперь ещё красивее, чем я помню.

Васька вдруг испугалась и резко выдернула руку. Вся как-то подобралась и отпрянула. Данила этот поступок никак не прокомментировал, разве что двигался, возвращаясь на место, очень осторожно. Будто иначе взорвётся.

– Если нам удастся отсюда улететь, то дальше что?
– Спросила Васька.

– В космосе сориентируемся и прыгнем ближе к обжитым зонам. Придется потерпеть как минимум месяц. А там, как только появится связь, передадим информацию властям об остальных ваших потеряшках. Их сразу спасут. У меня на корабле есть шифровальщик, передадим так, что нас не вычислят. В общем, товарищи твои будут в порядке, можешь не волноваться.

– А я? Меня ты куда денешь?

– Увезу к себе на Краинт.

– Зачем?

В этот раз Данила думал долго. И ответил так.

– Ты же не думаешь, что я позволю твоему отцу пройтись по своей дочери так, как он прошёлся по тебе?

– И ты хочешь спрятать её на краю вселенной, чтобы она всю жизнь там проторчала? Вдали от людей?

– Я надеюсь на правило десятилетия. Есть такое в судебной практике. Слышала?

– Нет.

– Это когда по истечению десяти лет с момента совершения преступления преступник может подать просьбу о рассмотрении дела по смягчающим обстоятельствам. Работает, если нет человеческих жертв, а только имущественные вопросы. Там наказание предусмотрено лёгкое. И можно повторять запрос каждые пять лет.

– А если не выйдет?

Данила поиграл желваками.

– Мы всё решим, Василиса. Давай сначала выберемся отсюда. Какой смысл думать сразу обо всех проблемах? Дай мне сосредоточиться на первой и самой важной - как нам отсюда убраться!

Разве Васька могла ответить нет? Что бы это изменило? Она под внимательным взглядом Данилы взяла свой экран с зарядной площадки и ушла обратно в каюту. Всё равно аппетит отсутствовал напрочь, больше пары кусков овощей запихнуть в себя не удалось. А чай она прихватила с собой. Нужно было подумать.

Но оба они знали, что Васька никому не позвонит и не напишет.

***

Общая могила вышла совсем небольшой. И останки скольких людей там лежали, было неизвестно. Курсанты насчитали девять мужчин и пять женщин, возможно, их было больше, но изучать и рассматривать кости они не стали. Что это даст? Поэтому просто выбрали подходящее место и похоронили людей по своим законам, потому что не могли бросить гнить их кости, как какой-то мусор.

Лука возвышался над могилой и без слов становилось понятно, как сильно его всё это потрясло. Впрочем, как и остальных. Жанна стояла рука об руку с Ахлейном, вымытым и одетым, и думала, что теперь всё иначе. Сколько бы они не испытали до этого момента, с самого начала полёта, это всё были просто весёлые приключения… а трагедия - вот она, настоящая, тихо поджидала, пока её обнаружат. Теперь больше ничего не будет по-прежнему.