— Янош! — за спиной злой окрик старшего. — Я же сказал дома сидеть!

Догоняет быстро, да я и не собирался сбегать. Только поскорее пусть мозг вынесет, не хочу больше время терять.

— А я заключенный? — не понижая голоса, спрашиваю у Профа. — У меня дела.

— Неужели? Какие у тебя дела? Ждешь, когда посадят? Так недолго осталось. Пошли.

— Мне надо найти Занозу, — почти миролюбиво пытаюсь объяснить старшему, хотя он, как обычно, не втыкает. — С ней поговорю, а потом хоть замуруй меня в своей хате. Идет?

— У мамы инфаркт, Янош.

— Не понял. — До меня не доходят слова Андрияша. — Мама? Но почему…

— Догадайся почему.

Проф внимательно смотрит в глаза, прямо не обвиняет, но по спине уже ползет липкий ужас.

— Как она? Жива?

— В больнице. Врачи быстро приехали, повезло, угрозы жизни нет. — Молчит, тяжело дышит, я только сейчас замечаю, что он у него красные глаза и взгляд совсем безумный. — А теперь объясни, почему ты ни мне, ни отцу не отвечаешь уже почти час?!

На автомате вытаскиваю мобильный, хотя какая сейчас разница… от отца и правда три пропущенных, от Профа — ни одного.

— Случайно… убрал звук, наверное, когда ключи искал.

Когда громил твою квартиру.

— Мы улетаем в Москву первым рейсом. Если без опозданий обойдется, то до полуночи уже будем дома. Пошли собираться.

Перезваниваю отцу, пока идем обратно к дому. Он не отвечает.

— Что врачи говорят?

— Пока сдержанны в оценках, документы где?

— Все с собой.

Он никак не реагирует на частичный разгром его квартиры, быстро берет паспорт, еще какую-то папку, потом бросает в сумку свой ноут, зарядки… Никакой одежды.

— Готов? Тогда в аэропорт.

По дороге пишу Занозе сообщение, трубку все равно не брала. Хоть убей, не понимаю, что происходит. Мир сошел с ума! И я вместе с ним. Нет, я раньше. Когда решил, что могу просто дружить с девчонкой. Умной, ироничной, красивой и такой своей девчонкой. Ей даже не надо до конца все объяснять. Понимала все и принимала… А сейчас даже на звонки не отвечает. Сообщение, вижу, прочитала. И снова тишина. Так любит Рому? Не верю, помню же ее поцелуи.

Перезванивает, наконец, отец. Скуп в словах, толком ничего не объясняет, не спрашивает, почему не отвечал, только уточняет, когда мы будем.

Если будем. Проф гонит за 150 км/ч — прилично для такой дороги, да и машина у него не новая. Но я молчу, ищу в телефоне информацию про инфаркт и его последствия.

Аэропорт. Людей немного, быстро находим свою стойку. На рейс точно не опоздаем, Андрияш зря так быстро гнал. Через полчаса уже будем в воздухе. Проф прав, мама важнее, это не обсуждается. Не представляю, когда вернусь обратно. За два дня жизнь взорвалась. Раньше я любил динамику, быстрые неожиданные перемены. Так по кайфу, адреналин плещется… но не сейчас.

Андрияшу кто-то звонит, он отвлекается на разговор. На автомате прислушиваюсь и с удивлением ловлю нежные нотки в голосе брата. И верно, через пару минут проскальзывает «Лада». Позвонила ему, значит. Даже ледяные стервы тают. А вот занозы — нет.

Как же ты сейчас мне нужна! Юлька. Мозг отказывается верить, что ты все оборвала. Это не конец. Не конец.

Не приходит осознание, что я надолго отсюда сваливаю. Кто бы сказал пару месяцев назад, что я захочу сюда вернуться…

Мысли снова и снова возвращаются к маме. Идиот, так подставился… озарение приходит не сразу, но накрывает с головой. От бессилия хочется выбить кулаком стекло.

— Пошли, посадку объявили. — Проф даже улыбается, вроде и лицом посветлел.

Взбодрили, выходит?

В Москве первым делом включаю мобильный — пара пропущенных от Таньки, несколько от девчонок-одногруппниц. Занозы нет.

— Юля звонила, пока мы летели. — Рядом Андрияш проверяет мобильный. — Ты ей сказал?

Вырываю гаджет из руки Профа. А ведь правда — от нее пропущенный. Я что, прокаженный теперь?!

— Сказал, то есть написал, — нехотя признаюсь, что за весь день она ни разу не ответила.

— Может, и к лучшему. Тебе остыть надо. Тихо… тихо, спокойно, Янош. — Проф пытается успокаивающе хлопнуть по спине, но быстро убирает руку. — Я не думаю, что тебе стоит возвращаться обратно. Во-первых, матери ты нужнее, это не обсуждается. А во-вторых, я ошибся. Зря утром радовался и Юлю успокаивал. Не знаю, что у вас происходит, но она действительно за тебя переживает. Мало кто думал бы про тебя в такой ситуации.

— В чем ошибся? Я не понял.

— Кощей юристов дал, все нормально было утром. — Андрияш устало выдыхает. — Родители Баскакова приехали шуметь и пошумели, каналы свои задействовали, но без официального заявления потерпевшего никто не бежал им навстречу.