Пока Гарнер знакомился с супругой и отпускал комплименты двум белокурым ангелочкам, он пытался в голове со скрипом уложить услышанную фразу. Наконец вспомнил, что местные любители артефакторики и прочих древностей основные природные проявления сводят к отражению первородной силы. Которую любой из одаренных может использовать для своих нужд. Огонь зажечь, воду заморозить, шторм обуздать или саженец заставить вырасти за пару дней вместо месяца. Каким образом это все может быть связано с электричеством, паровозами или лечением людей — для американца вообще было тайной за семью печатями. Но зато у него был шикарный козырь:

— К моему сожалению, уважаемый Глеб Никанорович, я в тех самых эманациях понимаю еще меньше, чем в рыбалке, охоте или языках. Вот, русским владею, в молодости участвовал в нескольких экспедициях вашего географического сообщества, поэтому и послали с ответным визитом. Что именно из мной предложенного заинтересует ваше руководство — понятия не имею, с этим будут уже специалисты дома разбираться. Мне же нужно вдохнуть жизнь в созданное местное представительство и потом бывать наездами, согласовывать контракты.

— Отлично, тогда можно забыть про служебные разговоры и обсудить что-нибудь более интересное. Например, позже в кабинете за рюмкой и сигарой с удовольствием выслушаю, как у вас охотятся на крупного зверя. А сейчас предлагаю отведать перепелов и можно будет обсудить новинки театрального сезона. Ты не против, дорогая?

Насчет новинок Гарнер не волновался. Спасибо мадам Фифу и ее постояльцам. Да и успел один раз сходить в местную оперу, где давали что-то из классики «За Веру, Императора и Отечество». Громко, пафосно и несколько сумбурно. В конце новоиспеченный любитель благородных развлечений даже запутался, о чем именно шла речь. То ли чингизидов побеждали, то ли вместе с ними уже по китаю с песнями и плясками катались. Но сейчас хоть не выглядел провинциальным тюфяком. Все же на родине было не до прогулок в театры.

Чуть позже мужчины отдали должное хорошему табаку и выдержанному коньяку. Беседа о сложностях охоты на бизонов и медведей плавно перетекла к прекрасной технической библиотеке хозяина, а потом и небольшой прогулке по двухэтажному дому, где гостю показали обстановку, сдержанно похвалились доставшейся от прежнего хозяина старинной мебелью и коллекцией ружей. Еще через полчаса перешли к взаимным раскланиваниям, вручению проспектов «Эдисон — новинки технологий» и пожеланиям увидеться еще как-нибудь в Северном Посаде, обители инженерных кадров Новгорода.

Возвращаясь в коляске в пансион, Гарнер про себя усмехнулся: неплохо живет господин старший инженер. Не сказать, какой это табель о рангах, но в тысячу наиболее богатых и уважаемых людей города явно входит. Прислуга, личный выезд, обновленный особняк в историческом центре. Главный же итог визита — гость успел осмотреть все, что его интересовало. Древностей на виду нет, по словам хозяина, все вывезли в местную церковь и музей. От Зевеке в доме лишь большие старинные часы и пара картин с видами на Ильмень озеро. Значит, можно переходить к активизации поиска в других локациях. Церквями займется Бурдаков, у него там кто-то может в амбарные книги нос сунуть и выписку переданного сделать. А вот в запасники музея придется отправлять уже других специалистов, кто будет стоить дороже, зато результат предоставит без лишней шумихи.

— Интересный господин. Вежливый, язык хорошо подвешен, но границы знает. Наши бы купцы половину ужина пытались на контракты и выгоду совместную завернуть. А мистер Смит только красивые бумаги оставил.

— Но глаза у него холодные, — задумчиво ответила Бахрушину супруга, заканчивая разбирать кровать. — Так что и хорошо, что больше в гости не позвали.

— Это за него в управе просили. Зато теперь смогу скидку для строительства заводской столовой в банке получить. Сама понимаешь, как это при князе работает. Ты кому-то услугу оказал, тебе в ответ помогли. В итоге производство без сбоев работает и годовая премия… Куда в этот раз поедем летом? В Ниццу или Карлсбад, пещеры посмотреть?..

***

— А ведь нам очень повезло, что вся эта история с темными демонами мимо прошла.

Господин урядник стоял на крыльце и разглядывал яркие звезды над головой. Кучер обещал подать коляску минут через десять — что-то ему там у задней оси померещилось, вот и возится. Но подышать свежим воздухом после тяжелого рабочего дня — самое то.

Стоящий рядом старший городовой согласился:

— Ваша правда, Федот Тихонович, против шерсти князь уже второй день народ причесывает. Что тогда зверье в больничке ухлопали и концов не нашли. Что сейчас купца задрали. Как бы наши соседи постов не лишились.

— Вот не хотелось бы. А главное, первый случай на окраине, второй почти рядом с детинцем. В следующий раз самого князя за пятку тяпнут. Поэтому ты народишко чуть потряси, чтобы глаза раскрыли и про любую возможную неприятность нам доложили еще до того, как это реально проблемой станет.

Запахнув шинель, урядник поежился и спросил уже о другом:

— Как там строитель поживает? Вроде Саламон доволен им?

— А с чего бы ему быть недовольным? Парень в библиотеке вечерами пропадает, книжки зубрит, к экзамену готовится. Два дня на выходных у нас сидел, бумаги разбирал. Считает ловко, что ему объясняют, в тетрадку пишет и переспрашивает, если вопросы появляются. Думаю, к лету Пименович на него часть рутины сбросит. Только непонятно, как мы при любой проверке отвечать станем. Все же чужой человек, без образования.