— Почему ты вспомнил об этом сегодня? Из-за моего похищения? — спросила Айседора.

Диомед коснулся губами её лба, и от сквозившей в этом жесте нежности Иса прикрыла глаза.

— Немного, — ответил он. — Ещё я говорил с Итоном, пока ты спала. Танос проснулся, и он не слишком доволен тем, что с ним стало.

Упершись ладонью в грудь Диомеда, Айседора поднялась и посмотрела на мужчину в упор. — Неужели всё так плохо?

Залёгшие у глаз мелкие складки и сморщенный нос стали лучшим ответом, чем произнесённое «да».

— Бедный Танос.

— Да. Он останется изувеченным до конца своих дней. И поскольку Танос понимает, что это навсегда, то пытается смириться, что придётся быть… можно сказать, чудовищем.

Айседора нахмурилась, размышляя, насколько большой вред нанёс Элиас её кузену.

— Думаю, тот факт, что он жив, должен в конце концов облегчить его страдания.

Диомед пожал плечами.

— Мысль о вечной жизни внушает страх, даже когда ты здоров и способен искать себе компанию. Мысль о вечной жизни в одиночестве приносит гораздо меньше удовольствия. Я знаю это не понаслышке, моя Иса. Как ты помнишь, я находился в таком же положении.

— Да. Возможно. Но ты же нашёл, кого искал, верно? Уверена, что Танос тоже сможет. К тому же у него есть Итон.

Лицо Диомеда осветила улыбка, от которой внутри всё потеплело. У господина и вправду было самое доброе сердце среди всех известных Айседоре мужчин.

— Ах, моя Иса. Их узы единственные в своём роде. Но ты права. Я действительно обрёл того, кого искал. Прошло много лет, о такой, как ты, я даже и не мечтал. Но всё равно нашёл.

Айседора подняла голову и поцеловала Диомеда в щёку. Затем мягко произнесла:

— Вот в такие самые драгоценные минуты ты даришь мне больше радости, чем любой мужчина или женщина в нашей постели.

Их отношения с Диомедом были крайне необычными. Айседора прекрасно об этом знала. Но их всё устраивало. Оба получали то, чего каждому не хватало, и Айседора ничего не изменила бы даже за все сокровища мира.

— Даже ради него?

Не нужно было спрашивать, кого старейшина имел в виду. В памяти всплыло лицо Элиаса, и Айседора замолчала.

— А-а-а… Он, похоже, исключение.

Айседора не хотела лгать, поэтому, как всегда, ответила честно и прямо:

— Думаю, когда-то так и было, я собиралась привести его к тебе. Но это было давно. Очень-очень давно.

Диомед не двинулся, не пошевелил ни единым мускулом. Только спросил:

— А сейчас?

Айседора пальцами смяла его одежду и уверенно произнесла:

— А сейчас он должен умереть.

ГЛАВА 14

Аласдэр появился в покоях Василиоса и увидел Лео, стоящего возле господина с золотыми наручниками на запястьях. На удивление оба мужчины были одеты, хотя воздух в комнате практически вибрировал от сексуального напряжения. Расправив плечи, Лео придвинулся вплотную к старейшине, глаза которого горели похотью и возбуждением.

Василиос почувствовал присутствие Аласдэра и посмотрел за спину Лео.

— Наконец-то ты здесь. Теперь можно начинать.

Лео оглянулся: взгляд серых глаз с большой тщательностью ощупал всё тело младшего вампира. Аласдэр на мгновение задумался: сообщила ли их общая добыча Василиосу о своём правиле про «свидание» или это касалось только его одного? Веселясь от мысли, что Лео, возможно, изменил свои условия, Аласдэр облизал нижнюю губу и направился к мужчинам.

— Мы тут немного поболтали, пока ты запирал остальных, — сказал Василиос.

Аласдэр остановился рядом и посмотрел сначала на одного, потом на другого:

— Серьёзно?

— Да, серьёзно. Правда, Леонид?

Лео кивнул, словно в трансе. Уголки губ Аласдэра дёрнулись вверх в понимающей улыбке.

— А-а-а. Ты теперь всегда будешь лгать от его имени, file mou?

Василиос тихо засмеялся. Его глубокий чувственный смех пробуждал внутри плотские желания.

— Я… э-э-э…

Аласдэр положил руку на затылок Лео и притянул к себе. Прижавшись к губам, которые пытались произнести ещё какое-то оправдание, вампир облизал их, а потом скользнул языком в горячий рот, чтобы попробовать парня на вкус.

Лео застонал, схватился за рубашку Аласдэра и пылко ответил, возбуждаясь. Он поднялся на цыпочки и всем телом потянулся за страстным поцелуем, издавая при этом прекрасные звуки, от которых Аласдэру захотелось тут же раздеть человека. Но вампир отстранился и взглянул на Василиоса. От увиденного у того удлинились клыки, на губах заиграла злобная усмешка.

— Я ощущаю на нём твой вкус, file mou. Сомневаюсь, что в моё отсутствие тут только беседы велись.

Аласдэр снова посмотрел на Лео, губы которого теперь блестели от его слюны, и нашёл огромное удовольствие в том, как человек пытался отрицать любой проступок просто на случай, если Аласдэр чувствовал себя оскорблённым. Как же парень ошибался.