— Хм… так слухи все-таки правдивы? — Попыталась она сменить тему.

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — У меня нет привычки собирать сплетни.

Конечно же, это была неправда. Информация никогда не бывает лишней, так что пренебрегать ей самая большая ошибка, которую только можно совершить. И я собирал все возможные пересуды со всех концов города, спешно восполняя пробелы в своих знаниях.

— Некоторые люди поговаривают, — снизошла Флогия до пояснений, — что в Махи появился один странный мальчик. Скорее всего, аристократ из другой провинции или даже другой страны. Он не желает называть своей фамилии и живет со своим телохранителем, который из-за своего роста вынужден пригибаться, когда заходит в двери. Этот юноша явно готовится к поступлению в Дивинаторий, потому что тратит много денег на учителей, изучая такие дисциплины, о которых простой плебей даже и не слышал. А еще этот мальчик настолько хорошо вымуштрован и натренирован, что в учебном поединке ранил Владеющего…

— Вот же трепло этот Кавим, — пробормотал я, вспоминая его слегка проткнутые ладони. Нет, это ж надо так преподнести! РАНИЛ ВЛАДЕЮЩЕГО! Как звучит-то, а? А на деле просто кожу ему поцарапал…

— Что ты говоришь, мой хороший? — В голосе Флогии снова зазвучала приторная сладость. — Я тебя не совсем расслышала.

— Я говорю, домина, что слухи на то и слухи, что им редко когда можно верить.

— Ах, понятно-понятно, — наиграно расстроилась женщина, — а я уж было подумала, что ты захочешь, чтобы я обращалась к тебе с приставкой «домин»…

— А вот этого не надо, — строго осадил я ее. — Я не собираюсь строить из себя того, кем не являюсь.

И действительно, слухи о моем аристократическом происхождении могли бы вылезти боком во время обучения. Черт их знает, как там малолетние представители знати воспримут самозванца. Уж не захотят ли они отстоять честь всех дворян, объявив на меня охоту?

— Сделаю вид, что я поверила, — нагловато задрала подбородок гостья.

— Сделаю вид, что я этого не слышал, — в тон ей ответил я.

Мы немного помолчали, прежде чем я заговорил об интересующем меня вопросе.

— Скажи мне, уважаемая домина, как покупатели восприняли огненную воду?

— О-о-о, Данмар, мой мальчик, — женщина как-то хитро посмотрела на меня, словно ждала, что я возмущусь подобному панибратству. Похоже, она сама себя уже окончательно убедила в том, что у меня знатные корни. — Я рада что ты спросил об этом! Но прежде, чем я отвечу, не мог бы ты сказать, когда будет новая поставка?

— Хм… — я сделал вид, что задумался, — полагаю, к появлению на небе одиннадцатого осколка, не раньше.

— Но это слишком долго! — Едва не вскричала гостья. — Меня уже на куски рвут, требуя нового товара, понимаешь?! Они требуют! И это не те люди, которые привыкли получать отказ!

— Могу только посочувствовать вам, домина. Попытайтесь объяснить своим покупателям, что настойчивость в этом вопросе им нисколько не поможет. Возможно даже наоборот, отодвинет их в очереди желающих.

— Даже так?

— А почему бы и нет? В конце концов, вы поставляете им полностью уникальный товар, который больше негде взять. Вы можете не стесняться и диктовать им свои условия.

— Боюсь, мой хороший, ты плохо знаешь господ, с которыми я имею дела. Нет, будь я аристократкой, — она бросила в мою сторону очередной многозначительный взгляд, — я бы могла показать зубки некоторым особо ретивым желающим. Но я ведь всего лишь слабая женщина…

Она состроила до такой степени скорбную мину, что я не удержался и фыркнул.

— Прекратите прибедняться, Флогия, о длине ваших «зубок» в Махи известно всякому.

— Тебе легко говорить, домин Данмар…

— Я. Не. Домин. Это понятно?! — Я в буквальном смысле прорычал это в лицо женщины, отчего та аж дернулась. — Прекратите меня дразнить, Флогия, я ведь могу и укусить.

— Простите… подобного больше не повторится, — прошептала бледная как призрак гостья. Уж не знаю, что ее так напугало. Может, ад на короткий миг снова пробился сквозь броню моего образа. А может, она испугалась мести юного злопамятного аристократа. Хотя на счет последнего у меня существовали сильные сомнения… Уж с кем, а со знатью она дела давно привыкла иметь.

— Вернемся к нашим баранам, — деловито продолжил я, заложив руки за спину.

— К кому? — Не поняла моего афоризма Флогия.

— К покупателям, к ним родным. Скажите, сколько вы выручили за тот бочонок, что я вам принес?

— Я… не хотела бы говорить о таком. — Женщина все еще пребывала в некоторой прострации, но деловую хватку не теряла даже в таком состоянии. — У нас не принято настолько глубоко лезть в дела, даже если это дела торгового партнера…

— Не хотите говорить? Что ж, тогда я попытаюсь предположить. Вы не получили за эту бочку ни единой марки, ведь так?

— Отку… — Флогия округлила глаза и задохнулась от возмущения, чем дала мне понять, что я попал в десятку. — Ты шпионишь за мной?!