Первые кадры цветной видеозаписи представляли подъезд старого дома очевидно, конторского муравейника где-то в районе Сорок шестой улицы и Мэдисон-Авеню в Нью-Йорке. Впрочем, необязательно. Таких домов и таких улиц предостаточно в любом крупном американском городе. Но Коллинз поспешил подтвердить невысказанную догадку Поплавского:

– Перед вами дом сто два на Сорок шестой улице, Нью-Йорк, - поскольку вопросов не последовало, Поплавский промолчал.

В подъезд вошли три девушки - возможно, возвращались с обеда секретарши, потом вышел пожилой священник. Несколько прохожих торопились мимо, но все это движение оставалось без комментариев.

Дверь подъезда снова распахнулась, и на тротуаре появился человек лет тридцати, в стереотипном темном костюме обычного нью-йорского бизнесмена средней руки. Красавчиком его не назвал бы даже самый снисходительный критик, и все же нечто притягательное было в его лице с тяжеловатым подбородком, сломанным носом и неправильными чертами. Коротко остриженные темные волосы непослушно топорщились, широко расставленные серые глаза не выражали ничего, кроме полуденной скуки дельца, собравшегося забежать в "Макдональдс" напротив. Этот человек мог абсолютно ничем не выделяться из любой толпы, будь то столпотворение на футбольном матче, кинофестиваль в Каннах или научная конференция. И все же в нем чувствовалась некая скрытая сила, спрятанная пружина, что-то в его облике говорило: да, я такой, как все, я - один из вас, и все же... И все же я другой. Коллинз видел эту пленку раз двенадцать, но так и не смог определить, что именно в этом человеке вызывало у него такое ощущение. Походка? Взгляд? Особая манера хмуриться и сжимать губы? Нет, все достаточно обыкновенно. Тьфу, черт... Коллинз чуть не прокусил свою авторучку.

Человек на экране закрыл за собой дверь и замер на мгновение, оглядывая тротуар. Теперь он смотрел прямо в объектив видеокамеры.

– Стоп, - скомандовал Коллинз.

Изображение застыло.

– Игорь Валентинович, - Коллинз вложил в свой голос всю теплоту идружелюбие, на которые только был способен в данный момент, но это выглядело как попытка растопить айсберг спичкой.
– Вам знаком этот человек?

– Да, - Игорь Валентинович не колебался ни секунды.

– Кто это?

– Это мистер Джордан Пауэлл, владелец и директор транспортной фирмы "Квест".

– Транспортная фирма является основным и единственным занятием мистера Пауэлла?
– Коллинз не был уверен, что правильно выстроил фразу по-русски, но Поплавскому было не до лингвистических тонкостей.

– Нет.

– Расскажите, что вам еще известно о деятельности мистера Джордана Пауэлла.

– Он... Русский шпион.

Коллинз хлопнул рукой по столу. На этот раз он совсем не стремился попасть в муху, тем не менее она увернулась только чудом.

– Таким образом, вы утверждаете, что опознанный вами Джордан Пауэлл является агентом КГБ?

– Да. Нет... Не совсем, - заторопился Поплавский.
– Не агент... Он нелегал, он не американец, он русский. В настоящее время - резидент разведывательной сети КГБ в Нью-Йорке.

– Его настоящее имя?

Поплавский заерзал в кресле, попытался сползти на край, но только провалился еще глубже и засопел.

– Не знаю. Я никогда не контактировал с ним лично, и вообще это был не мой сектор... Понимаете, это канал Ситковецкого... Полковника Ситковецкого, - он искательно заглянул Коллинзу в глаза.
– Конечно, я был в курсе дела, но только в самых общих чертах. Вы же знаете, я занимался...

– Достаточно, - оборвал Коллинз и тут же смягчил тон.
– Благодарю вас, Игорь Валентинович. Вы свободны.

Поплавский вскочил. Коллинз вторично ловко увернулся от рукопожатия, и перебежчик покинул компнату в сопровождении молчаливых, одинаковых и словно безымянных оперативников. Остин победно посмотрел на Коллинза.

– Пусть Стеббинз утрется. Отправляю ему запись и стенограмму немедленно. Начинаем, - палец Остина впился в клавишу селектора.
– Янга и Грейсона ко мне.

Коллинз откинулся на спинку стула, заложил руки за голову. Притягательное и отталкивающее лицо врага все еще маячило на экране. Наконец-то, подумал Коллинз. Наконец-то будет поставлена точка в этой истории. Наконец-то.

И словно ставя эту самую точку, он еще раз хлопнул ладонью по столу. И по крайней мере одну точку этот удар поставил несомненно. Последнюю точку в жизни мухи, на беду свою залетевшей в кабинет в жаркий августовский полдень.

2.

Нью-Йорк, 46 улица, дом 102, 12 этаж.

Офис транспортной фирмы "КВЕСТ".

24 августа 1987 года.

14 часов 16 минут.

Мисс Коулмен бросила мгновенный взгляд в крохотное зеркальце и чуть подправила волосы, хотя ее фантастическая прическа менее всего нуждалась в этом. Она проделывала такую операцию каждый раз, прежде чем зайти к шефу, и вовсе не потому, что ей очень нравился Джордан Пауэлл. Он ей совсем не нравился. Она трепетала перед ним.

Красным коготком мисс Коулмен едва слышно стукнула в дверь и вошла. Джордан Пауэлл делал пометки на лежавших перед ним счетах различных компаний и время от времени набирал какие-то цифры на клавиатуре компьютера. Он даже не поднял взгляд на очаровательную мисс Коулмен, которая неловко переминалась перед его шикарным письменным столом, похожим на абстрактную скульптуру из стали, стекла и прозрачного пластика.

– Мистер Пауэлл, - несмело начала девушка.

– Слушаю вас, - сухо отозвался владелец "Квеста", не отрывая глаз от монитора.