Она открыла незапертую дверцу притулившегося в углу деревянного шкафа. На нижней полке стоял проигрыватель, самый обычный, монофонический, с корундовой иглой, вроде "Концертного" или "Юности". А над ним...

Вот тут Юле пришлось нарушить свой зарок и все-таки удивиться в очередной раз.

Там были виниловые пластинки. Юля вынула их из шкафа, перетасовала конверты - всего четыре альбома в потрепанных обложках. Beatles For Sale, "Electric Ladyland" Джими Хендрикса, величайшие хиты Дженис Джоплин и неизвестно кем выпущенный сборник под титулом "Pure Gold" - чистое золото, где содержались вещи Элтона Джона, "Ливин Блюз", "Блэк Саббат", Кенни Роджерса и прочий разнобой.

Держа пластинки в руках, Юля села на пол у шкафа.

– Ты что-нибудь понимаешь?
– спросил Джейсон почти жалобно.

Юля кивнула.

– Думаю, да.

– Так просвети, - Джейсон вышел и вернулся с бутылкой виски.

– Никакая это не секта, - Юля вновь перелистала пластинки.
– Мы наткнулись на стоянку хиппи. Или скорее, учитывая то, что здесь нет кострищ, лежанок и тому подобного - на их сокровищницу.

– Септимус и говорил, что это сокровищница.

– До, но ни он, ни его преступник не знали, что является истинным сокровищем для хиппи. Виниловые диски героев рока! Вот что они хранили здесь, вот что прятали от посторонних глаз, возможно, передавали святыни из поколения в поколение... А потом, когда умерли последние из них, остались только слухи о сокровищах.

Джейсон прислонился к стене и с сомнением посмотрел на свет фонаря сквозь бутылку.

– Но кто такие эти хиппи?

– В моем мире их называли "дети-цветы". Они бунтовали против взрослых, их лицемерия, меркантильности, против войны... Помнишь надписи на паровозе? Это их лозунги. "Занимайтесь любовью, а не войной", "Мир и музыка", "Власть цветов", "Вудсток навсегда"... Вудсток - это рок-фестиваль, где собралось около полумиллиона человек, три дня музыки и мира... Конечно, это все было там, на МОЕЙ Земле. Но я готова поклясться, Джей, что наши хиппи или их предки каким-то образом прибыли прямо оттуда, может быть, вот на этом паровозе. А почему нет? Ведь я прошла. Вот смотри, пластинка "Битлз". Выпущена в Англии, о которой ты и не слыхивал... Вот статья Дерека Тейлора на конверте - английский язык, не линкос!
– все фирменные знаки и шифры... Рок-музыка, песни, понимаешь?

– Минутку, Юля, - остановил её Джейсон.
– Ты хочешь сказать... Вот то, что ты держишь на коленях - и есть виниловые диски? Какой-то способ звукозаписи?

– Да, механическая звукозапись.

– Это и есть сокровище? Неважно, с какой Земли, но это... Все? Просто несколько дисков с примитивной записью популярных где-то когда-то певцов?

– Джей, никогда не говори о том, чего не знаешь!
– возмутилась Юля, которой виски придало куража.
– "Просто несколько дисков"! "Где-то, когда-то"! Да это величайшая музыка на свете, а ты - темный дикарь. "Бум-бит-бонго"! Вот погоди, если удастся оживить проигрыватель...

Юля потянулась к проигрывателю, расправила сетевой шнур, но нигде не нашла признаков розетки или того, что могло бы её заменить.

– Нужно электричество?
– осведомился Джейсон.

– Переменный ток, двести двадцать вольт, пятьдесят герц.

– Вольты и герцы мне мало о чем говорят, но сейчас замерим, что нам требуется...

Из рукоятки клингера Джейсон добыл отвертку, ловко развинтил проигрыватель и покопался в его недрах. Он пользовался короткими щупами, а провода к ним протягивались от того же клингера - штуковина воистину оказалась многофункциональной.

– Понятно, - заявил Джейсон, собирая проигрыватель.
– Дать такой ток в наших силах.

С помощью красного и зеленого проводов, оканчивающихся зажимами крокодилами, Джейсон соединил вилку сетевого шнура с чем-то внутри фонаря. В окошке проигрывателя зажглась красная лампочка, с тихим равномерным постукиванием завертелся диск. Юля щелкнула ногтем по головке адаптера, и щелчок гулко отдался в динамике.

– Ура, - шепотом крикнула Юля, - Джей, ты гений!

– Спасибо. Бывали поскромнее оценки, привыкать начал. Вроде темного дикаря.

– Вот злопамятный! Молчи и слушай, лови кайф.

– Что ловить?

– Сейчас узнаешь.

Юля поставила на проигрыватель "Битлз", опустила иглу на пластинку. Сквозь треск и шорохи послышалась задорные аккорды "No Reply". Под "I`m A Loser" Джейсон уже пританцовывал, под "Baby`s In Black" подпевал без слов.

– А это, - объявила Юля перед "Rock`n`Roll Music", - песня Чака Берри, того, что на плакате. Ты спрашивал, что такое рок-н-ролл? Вот он!

Загрохотала музыка, завопил Джон Леннон. Рок-н-ролл Чака Берри произвел на Джейсона такое сногсшибательное впечатление, что померкли его восторги перед шотландским виски. В тесной комнатке он пустился в пляс. Юля засмеялась.

– Джей, это у тебя краковяк какой-то... Хочешь, я научу тебя по-настоящему танцевать рок-н-ролл?

– Хочу!

– Тогда пошли к паровозу, там места больше.

Они перенесли проигрыватель к паровозу и запустили песню сначала, потом ещё и ещё раз. В изрядно захмелевшей Юле проснулся педагогический дар, и вскоре они с Джейсоном уже соперничали в исполнении лихих рок-н-ролльных па вкупе с изобретением новых, каким позавидовали бы Элвис Пресли, Джерри Ли Льюис, Литтл Ричард и сам Чак Берри, вместе взятые. Уровень виски в бутылке неуклонно понижался, у выхода из пещеры собралась аудитория любопытных флинков, обладающих чутким слухом.