Когда продвигаюсь по рабочему месту Вона, я потрясена, увидев, что внутри уже всё готово и функционирует, как мне кажется, слаженно. Всего пару недель назад я случайно заглянула в окно и обнаружила, что внутри пусто. В дальней комнате жужжит тату-машина, из динамиков доносится рок-музыка. Чёрные и красные стулья гармонируют с тёмным полом, а на стенах висят изображения татуированных тел.

Не хочу прерывать то, что он делает, поэтому брожу вокруг и рассматриваю произведения искусства. Некоторые фотографии красивы, некоторые жуткие, а другие настолько реалистичны, что мне приходится щуриться, чтобы найти маленькие линии, которые выдают тот факт, что это татуировка, а не рисунок.

Я ещё немного брожу в этом помещении и минут через десять начинаю двигаться в направлении дальней комнаты.

— Привет? Тут есть кто-нибудь?

Жужжание прекращается, и как раз в тот момент, когда я собираюсь повернуть за угол, Вон обходит его и почти врезается в меня.

— Воу, — он смеётся. — Что ты здесь делаешь?

Я делаю шаг назад и протягиваю бумажный пакет.

— Ты так и не поел.

— О, спасибо, — мужчина берёт пакет и бросает взгляд на другую мою руку, держащую выручку. — Это деньги из кассы?

— Да.

— Ты же подождёшь, пока я закончу, чтобы я мог тебя проводить, верно? — он поднимает свою тёмную бровь.

— Эмм…

— Рейн? — ах, меня убивает, что от одного звука моего имени, слетающего с его языка, у меня сжимается живот.

— Да?

— Хорошо, — Вон хватает меня за руку и тянет за собой по коридору. — Мне осталось всего полчаса, а потом я могу проводить тебя.

Когда мы входим в комнату, я застенчиво улыбаюсь мужчине, сидящему без рубашки в чёрном кожаном кресле, поднятом в воздух на пару футов.

— Ленни, это Рейн. Ты не против, если она посидит здесь, пока я закончу?

— Конечно, чувак.

— Привет, — машу я рукой.

Он кивает мне головой, когда Вон отодвигает стул от стены. Я сажусь, а Вон надевает чёрные перчатки и продолжает покрывать чернилами рисунок на руке Ленни.

— У тебя есть татуировки? — спрашивает меня Вон.

Я откашливаюсь.

— Нет.

— Хочешь?

Хотела раньше, когда была моложе.

— Нет.

Он усмехается.

— Я заставлю тебя передумать.

Кажется, он думает, что может быть убедительным в некоторых вещах, но я собираюсь доказать, что он ошибается. Наверное.

— Нет, не заставишь.

— Если Вон Моррис предлагает сделать вам татуировку, дамочка, не отказывайтесь, — вмешивается Ленни, и его низкий голос эхом разносится по маленькой комнате.

— Почему? Он так хорош или какой-то особенный?

— Никаких особенностей, — он кивает на свою руку. — Он лучший.

— Неужели? — я скрещиваю ноги.

— Я не собираюсь заставлять тебя делать тату, но предложение всегда в силе, дорогая, — Вон перебивает Ленни и бросает на того взгляд, ясно говорящий ему заткнуться.

Решив разрядить обстановку и быстро снять напряжение, я говорю ему:

— Ну, если я когда-нибудь передумаю, ты узнаешь об этом первым.

— Тебе виднее, — Вон делает что-то, что останавливает жужжание и пригвождает меня таким взглядом, который либо должен расплавить мои трусики, либо предупредить меня. Или и то, и другое. — Я не хочу, чтобы кто-то прикасался к твоей коже, кроме меня.

Мои губы приоткрываются, и благодаря маленьким вдохам, которые я пытаюсь делать, мне удается кивнуть. Всё, что выходит из уст этого парня, кричит о сексе, и он заставляет меня понять, как сильно я скучаю по нему. Боже, я скучаю по сексу. И ненавижу его за это. Или, может быть, поэтому он мне нравится. Чёрт, не знаю, что и думать рядом с ним.

Вон возобновляет нанесение тату, и мы продолжаем пустую болтовню в течение приблизительно сорока минут, пока парень заканчивает. Ленни протягивает Вону большую пачку денег и прощается перед уходом.

— Мне нужно несколько минут, чтобы привести себя в порядок. Почему бы тебе не подождать в холле, встретимся там?

— Конечно.

Я сажусь на один из стульев и с минуту листаю журнал, пока не появляется Вон, входя и одновременно поедая свой сэндвич.

— Готова? — спрашивает он, проглотив.

— Да, но сядь и доешь. Я не тороплюсь.

— Уверена?

— Я бы не сказала этого, если бы не имела это в виду.

Он садится в кресле напротив меня и поглощает пищу.

— Ты знаешь, как приготовить чёртов сэндвич.