Сообщения, которые приносили соколы, были в основном докладами о бесчинствах Мертвецов и созданий Свободной магии. Некоторые сообщения оказывались ложной тревогой, но также велико было и число сообщений, требовавших внимания и присутствия Сабриэль.

Помимо всех этих плохих новостей Сэма тревожило еще кое-что. Одно письмо от отца живо напомнило ему о кошмарном событии у Периметра, когда Мертвецы-южане напали на его крикетную команду и он был вынужден сражаться с некромантом в Смерти.

Сэм взял это письмо и пошел с ним на Вторую Дворцовую башню, чтобы еще раз прочитать его там и подумать. Брэлл был на посту и размеренно шагал вдоль перил башни.

Одно место в письме Сэмет перечитал трижды:

Армия Анселстьерры, предположительно по согласованию со своим правительством, позволила группе южан, так называемых «добровольцев», войти в Старое Королевство в одном из Пунктов Перехода Стены, что явилось полным нарушением всех прошлых договоренностей и здравого смысла. Очевидно, все дело в том, что Королини потребовалась дополнительная поддержка, и такова была проверка его плана отправить всех южан в Старое Королевство.

Я запретил преодолевать Стену и укрепил сторожевые посты в Бархедрине. Но нет никакой гарантии, что анселстьеррцы прекратят отправлять южан через Стену, хотя генерал Тиндалл сказал, что он будет всячески препятствовать этому и при нарушении приказа немедленно пошлет нам предупреждение. Если сможет.

В любом случае более тысячи южан уже преодолели Стену и находятся в Старом Королевстве, и они, по крайней мере, в четырех днях пути от нас. Вероятно, их встретили «местные проводники», но, поскольку Стражам границы не разрешено сопровождать беженцев куда-либо, кроме Главного штаба, я не думаю, что эти проводники были людьми.

Мы тщательно расследуем вопрос, но вокруг стоит запах, который мне очень не нравится.

Я уверен, что по крайней мере один колдун Свободной магии перешел на нашу сторону Стены, и Пункт Перехода, которым воспользовались южане, — тот самый, где тебе устроили засаду, Сэмет.

Так значит — некромант, подумал Сэм, складывая письмо. Он был очень рад, что наконец выглянуло солнце, что он находится во Дворце, надежно защищенном стражей, заклинаниями и проточной, быстро бегущей водой.

— Плохие новости? — спросил Брэлл.

— Да нет, просто новости, — ответил Сэм, хотя его все еще колотила нервная дрожь.

— Даже Король и Аборсен не справляются? — спросил Брэлл доверительным шепотом.

— Да… — прошептал в ответ Сэм. Он засунул письмо в карман пальто и пошел вниз, в свою комнату, чтобы забыться за изготовлением безделушек. Крошечные детальки требовали полной концентрации внимания и ловкости рук.

Но с каждой ступенькой, с каждым шагом его все больше захватывала мысль, что он должен все-таки как можно быстрее открыть «Книгу Мертвых».

Родители Сэма вернулись вечером, в самый разгар весны. К этому времени Сэм уже давно спустился с башни, потому что часы дежурства Брэлла закончились. Задул западный ветер, и море изменило свой цвет. Зимой оно было черным, теперь же окрасилось в цвет бирюзы. Солнце уже грело по-настоящему, и после заката еще долго было тепло. Ласточки, обитавшие на скалах, щипали для своих гнезд вывешенное для просушки шерстяное одеяло Сэма.

Первой появилась Сабриэль. Ее Бумажное Крыло, окрашенное в золотой цвет, скользнуло вниз на тренировочный двор, где потел Сэм, отрабатывая с Синнелом, одним из лучших бойцов на мечах, сорок восемь способов защиты и нападения.

Тень Бумажного Крыла накрыла двор, и Синнел взял последнее очко, потому что Сэм от неожиданного появления матери застыл на месте.

Его час наконец пробил. Все его речи, доводы и письма промелькнули как вихрь в его голове, а в это время противник триумфально стукнул деревянным мечом по неуклюжему тяжелому шлему Принца. В настоящей схватке он разбил бы ему голову.

Сэм побежал в дом, чтобы переодеться, а герольды в это время трубили приветствие у Южных ворот. Сначала Сэмет решил, что это в честь матери, пока не услышал еще один приветственный аккорд. Никто другой не удостаивался фанфар, кроме самого Короля. Значит, прибыл и отец.

Через двадцать минут Сэм встретил Тачстоуна в семейной гостиной. Это была большая солнечная комната, тремя этажами выше Большого зала. В комнате было лишь одно окно, зато во всю стену, из которого открывался вид на весь город. Тачстоун стоял около окна и смотрел на свою столицу. Темнело, и в городе постепенно зажигались огни. Яркие знаки Хартии и мягкий свет масляных фонарей, свечки и камины. Самое лучшее время в Билайзере — когда теплым весенним вечером зажигаются огоньки.

Как обычно, Тачстоун выглядел усталым, хотя уже успел умыться и снять доспехи и вооружение. Сейчас на нем был анселстьеррский халат, и его волнистые волосы еще не просохли. Он улыбнулся Сэму, и они пожали друг другу руки.