Шрифт:
Райнхард же не спешил умирать. Оставляя за собой кровавую полосу, он полз по залу, бормоча что-то себе под нос. Роланд зарычал, оттолкнул протянутую руку Инелии и кое-как поднялся сам. Добравшись до Райнхарда, Роланд пинком отшвырнул его на спину и обомлел.
Архиепископ смеялся. Беззвучно смеялся, подрагивая всем телом. Из жуткой раны на груди струилась кровь, но архиепископ давился от смеха.
– Идиот! – хрипло выдавил он, заглянув в лицо Роланда. – Думаешь, победил? Идиот! Ты всего лишь пешка! Ты ничего не понимаешь!
Райнхард вновь рассмеялся, но изо рта хлынула кровь, и он с надрывом закашлял.
– Идиот... – выдохнул он, наконец. – Печати сняты, врата преисподней распахнуты настежь. Рано или поздно она станет матерью Темного Мессии. И тогда мир будет разрушен.
– Ты лжешь!
– Лучше бы ты убил ее, идиот! Или она, или этот мир...
– Даже если ты говоришь правду, – воскликнул Роланд, отводя меч для удара, – мне не нужен мир, где не будет ее.
Клинок с лязгом скользнул по окровавленной одежде архиепископа, и глаза Роланда поползли на лоб. Мантия Райнхарда зашевелилась, сливаясь в нечто плотное и бугристое. С неприятным похрустыванием, его тело стало увеличиваться в размерах. Руки и ноги стремительно превращались в звериные лапы, череп вытянулся, заплыл наростами и шипами, в пасти сверкнули острые зубы-кинжалы.
Роланд ударил вновь, но лезвие вновь скользнуло по броневым плитам монстра.
– Проклятие!
Роланд отступил, с бессильной ненавистью глядя на растущее чудовище. Неуязвимых монстров не существует, в который раз вспомнил он, но...
Роланд оглянулся и перехватил ошеломленный взгляд Инелии. У ее ног шевельнулась Ирия, в глазах неко застыл ужас.
– Инелия, вытащи Киру и уходите отсюда! – крикнул Роланд. – И побыстрей!
Инелия кивнула и бросилась к стене. Пробегая мимо Зареля, она остановилась на миг и, что-то прошептав, закрыла неко глаза.
Добравшись до Киры, Инелия быстрыми и точными ударами отсекла щупальца и подхватила девушку на руки, осторожно осмотрела. Из пробитых щупальцами ран не вытекло ни единой капли крови, похоже, здесь хорошо знали ей цену. Дрожащими руками Инелия проверила пульс и слабо улыбнулась – Кира была жива.
Косясь на превращающееся чудище, Роланд достиг каменной руки и подхватил Селену.
– Это ты... – Селена чуть приоткрыла глаза. – Роланд... Я...
– Все в порядке! Я вытащу тебя отсюда!
Он двинулся к выходу, где уже стояли неко с Кирой.
– Роланд... – вновь позвала его Селена.
В глазах ее сверкнули слезы.
– Я...
– Мы поговорим потом, обещаю, сейчас вам всем надо уходить, – Роланд передал Селену Инелии.
– Роланд! – жалобно вскрикнула Селена. – Не уходи! Я хочу сказать...
– Я быстро! – Роланд поцеловал ее в губы, а затем окинул горящим взглядом неко. – Уносите их отсюда!
– А ты?
– Убирайтесь! – рявкнул он.
Он почти вытолкнул их из зала, захлопнул дверь и обернулся. Чудовище почти завершило трансформацию. Карнелиец быстро ощупал его глазами. Четыре бревноподобные лапы, мощное, в рост человека туловище, массивный череп, толстый длинный хвост, все было щедро усеяно тяжелыми костяными пластинами. Незащищенными казались лишь глаза, но попасть в эти узкие щели-бойницы, укрытые среди роговых наростов, было почти невозможно.
Багровые глаза, не мигая, смотрели на Роланда.
– Надеешься их спасти? – пророкотало чудовище.
– Я вырву твое сердце, тварь!
– Мое сердце? Или Сердце Дьявола? – монстр засмеялся. – Ты жалкий глупец! Я был Хранителем Сердца. Я уничтожил Первую Печать! Я убил второго Хранителя и завладел Хвостом!
Роланд сдвинул брови. Похоже, Селена ошиблась. В Разломе не было Осколка. Там был лишь Меч.
– Это было нелегко – найти Хранителя, после того как наша связь была прервана. Но гораздо труднее оказалось его убить – я едва выжил, – продолжал Райнхард. – И тогда я решил выждать. Я знал, что с каждым годом Хранители будут слабеть и сходить с ума. Мне оставалось лишь подготовить церемонию и отыскать избранных...
– Ты сам все испортил, – перебил его Роланд. – Ты жалкий трус, ты ведь испугался за свою жизнь, за свое будущее, и поэтому не отдал мне Сердце? И провалил всю церемонию! Ты оказался плохим слугой не только для Спасителя, но и для своего Владыки.
– Это ложь! – от рева чудовища с потолка посыпались камни. – Это ты оказался плохим избранником!
Взгляд карнелийца наткнулся на бездыханного Тирри. Ральф, Зарель, Тирри – проклятый Райнхард отнял у Роланда всех друзей! Даже Тирри, совершенно безобидный Тирри...
– Ты хотел стать мудрецом, Тирри, – шепнул Роланд. – Но ты умер как воин. Мой старый друг...
– Что ты там бормочешь над телом этой никчемной зверюшки? – проревел Райнхард. – Слезы льешь? Обещаю, над твоим телом лить слезы будет некому!
Превращение закончилось, и чудовище с хрустом потянулось, поскрипывая роговыми плитами.
– Больше ты никого не убьешь, – пообещал Роланд.
Ответом ему был раскатистый смех, от которого задрожали стены. От удара лапы содрогнулся пол. Острые когти вырвали кусок каменной плиты, а вторым ударом Райнхард разбил плиту в пыль.