А что за Великой степью не знал никто. Но поговаривали, что лучше и не знать. На север же после Темного леса были горы. Названия у них не было, так их и называли просто Северными. Путь туда лежал опасный и трудный. Вершины гор уходили в облака, и никто не знал, где они кончаются. Якобы как только залезешь на самую высокую гору, то увидишь за ней гору еще выше и так далее. Даже Норсы, немногочисленные, суровые люди севера, живущие в самом начале гор, не ходили туда, считая, что на самой высокой горе стоит гигантский храм и там спят Старые боги. Говорили, что если их разбудить, то они погубят весь известный мир. Это и был по сути весь известный мир. И в центре его стояла проклятая гора с землями нежити в своем сердце. Неизвестно был ли в этом какой смысл, или просто усмешка судьбы. Ведь тайну проклятия нежити так никто и не разгадал. Ввиду запретности даже разговоров об этом культом Вечного Солнца, проклятие нежити обрастало немыслимы слухами и домыслами, самым безобидным из которых было то, что нежить похищает младенцев.

Узкий парапет, по которому Годрик в латных сапогах едва переставлял ноги, наконец стал расширяться во что-то похожее на тропинку, стало возможным идти нормальным шагом, не вдавливая спину в камни. Годрик устал, замерз и чувствовал себя погано. Доспеха не было. Щит, не одну сотню лет, прослуживший ему был потерян. И хоть Годрик уже достаточно настранствовался и побывал в самых разных передрягах, впервые он потерял почти все снаряжение. Еще пару десятков шагов спустя, тропинка расширилась настолько, что можно было уже идти вдвоем. Годрик тяжело осел, прислонившись спиной к скале. Парень последовал его примеру. Годрик посмотрел на него и протянул руку:

– Годрик Бладвен.

Парень ответил неуверенным рукопожатием:

– Тит – Почти прошептал он, потом повторил через пару мгновений, чуть более уверенно – Тит.

– Первый раз, а Тит?

– Наверное – Они посидели несколько минут так в тишине, пока наконец Тит снова не заговорил – Что это вообще было?

– Ты про что?

– Да про все. Что вообще происходит?

– Эх, парень – Годрик задумался – Сложно объяснить. Ты нежить, проклятый, с виду вроде живой. У тебя бьется сердце, по венам течет кровь. Ты хочешь есть спать и гадить. Все как у людей. Только сдохнуть не выходит

– Это я понял. Почему это со мной?

Годрик засмеялся:

– А хер его знает

Тит посмотрел на него взглядом полным негодования, в котором читалось буквально: «И что? Вот это вот все что ты можешь сказать?»

Годрик ответил взглядом не менее красноречивым: «Вот и все»

Они посидели молча еще несколько минут.

– Куда теперь? – Спросил Тит.

– В идеале каждому своей дорогой. Искать себе место в мире, следы своего прошлого, но мне кажется, сначала надо нагнать Кая. Он должен знать про то, что там случилось.

– А что случилось-то?

– Видел эту – Годрик на секунду замешкался, подбирая эпитет – Тень, со скимитарами.

Тит кивнул. Старый рыцарь продолжил:

– Я даже не помню, когда она появилась в землях. И вообще, откуда взялась. Но мы приняли ее или его за своего.

Годрик задумался на пару мгновений и снова заговорил:

– Она дралась там за нас, уложила не меньше десятка гребаных Молотков. Но потом, ты видел, что стало с Ноцригом?

– Я если честно ничего не понял

– Ладно, смотри – В тоне Годрика зазвучали поучающие нотки, как будто профессор растолковывает неразумному школяру – Мы нежить, когда мы умираем, то наше тело и то имущество с которым мы пробудились, то есть то, которое получается было погребено с нами изначально, все это сгорает. Остается лишь пепел. А мы все переносимся в свои гробы в землях.

– Ноцриг горел – Подтвердил Тит

– Горел. А потом в него бросили что-то, какой-то амулет. И он взвыл, да взвыл так, как я бы никогда не подумал, может взвыть старина Ноцриг. Монашка, которую насилует дракон, не будет так выть. А потом исчез, и даже пепла не осталось. То есть, держу пари, что в своем гробу старина Ноцриг не очнется. Ни сейчас, ни через год, никогда вообще.

– А разве такое возможно?

– Я ни разу не видел. Но однажды слышал историю. Больше на сказку похоже конечно, я не поверил например. Ты же видел пустых?

Тит с опаской кивнул. Пустых все видели. Те, кто совсем помутился от множества смертей и пробуждений. И теперь навеки будут влачить свое жалкое существование

– Так вот – Продолжил Годрик – История была та про Девушку, тоже нежить, которая якобы добралась до сути своего проклятия, и то, что она узнала,изменило ее навсегда, а не освободило ее от проклятия. И часть ее стала пустой, но другая часть так переполнилась яростью, что в итоге она стала мстительным духом, который теперь преследует нежить, и опустошает нас, забирая с собой.

Тит тревожно сглотнул.

– Ага, я тогда тоже впечатлился, первое мое пробуждение было. Я почти год жил в землях прежде чем выйти. Так вот двести лет уже прошло, знавал я многих неживых, и сказку эту слышали многие. Но никто никогда ее не подтверждал. Сказка она и сказка. А теперь что-то страшновато мне, потому что я заглянул туда, в ее лицо. Хотя не было там никакого лица. Чернота одна. Вот и думай теперь

Годрик поднялся:

– Пошли, надо настичь Кая. Пока вместе пойдем. Всяко безопаснее – Годрик неожиданно улыбнулся какому-то приятному воспоминанию и добавил – Да и пока они с Котой ночью можно много интересного посмотреть