Лена проснулась, когда на часах было полдесятого утра. Довольно рано для человека, у которого оставался всего месяц насладиться каникулами перед сложным десятым классом. Десятый класс в принципе казался многим в их поселке недосягаемой величиной и даже взрослые говорили не иначе как «сложный десятый класс», и их можно было понять. До девятого класса ребята из Шии учились прямо тут в средней Шийской школе. Но десятый и одиннадцатый здесь предусмотрен не был, и те, кто собирался продолжить учиться, должен был два следующие года ездить учиться в город. Каждый день кроме воскресенья.

Так что вполне можно было понять, почему Лена не при каких обстоятельствах не собиралась вставать в августе раньше двенадцати. Она же не рыболов или грибник, в конце концов! Это им вечно неймется.

Конечно, у них, как и большинства в поселке, было свое хозяйство, но стоило закончить девятый класс всего с двумя четверками, чтобы мать сама предложила летом хорошенько отдохнуть перед школой. Еще бы, теперь шанс поступить в медакадемию уже не выглядел таким призрачным, как казалось совсем недавно.

И, разумеется, именно мама своей трескотней по телефону и разбудила Лену в такую несусветную рань. Лена с еле слышным ворчанием поднялась с кровати и прошлепала к окну. Потерла слипшиеся со сна глаза, чтобы убедиться в том, что на улице самая дурацкая погода, какая только может быть в августе. Серая хмарь, ни солнца, ни летнего ливня. В такой день можно спать до вечера и ничего не потеряешь. Только мама будет охать и говорит, что Лена совсем бледная и ужасно похудела.

Лена оглянулась к зеркалу, машинально проводя пятерней по светлым выгоревшим на солнце волосам и собирая их в длинный хвост. Да, бледная моль, лицо длинное, тонкое. Такое еще иногда называют лошадиным. Рот большой с тонкими губами. Спасибо Джулии Робертс, теперь это называют ртом как у неё, а не как у лягушки. Зато кожа светлая, чистая. Ни конопушек, ни прыщей. И глаза большие, серые. Еще умыться, чтоб они открылись, подкрасить белесые ресницы и вообще отпад. Витька дурак, если этого не понимает.

Придя к такому выводу и одновременно в довольно неплохое настроение, Лена вышла из комнаты и босиком пошлепала в ванную мимо продолжающей болтать по телефону матери. Против своей воли она прислушалась к разговору.

«…Конечно, Лена будет рада, я ей передам…» – вот эта фраза ей совсем, например, не понравилась.

Когда мама говорила так в прошлый раз, пришлось играть с пятилетней мерзкой племянницей маминой подруги Фаи. Видите ли, девочке надо показать поселок. Будто кроме Лены это некому сделать.

– Кому на этот раз нужно показать красоты нашего чудесного поселка, центра культуры и развлечений края? – охрипшим после сна голоса спросила она из ванной. Плеснула на лицо холодной воды и зашипела от неприятного ощущения.

– Не будь врединой, Аленка, – мама засмеялась, словно Лена смешно пошутила. – Фая сейчас показывала дом новым жильцам, приехали откуда-то издалека, отец с дочерью. Отец устроился на завод в город, вроде мужик рукастый, и тут найдем где пристроить в случае чего, а дочь…

Она сделала паузу и подошла к открытой двери в ванную. Даже с мокрыми ресницами Лена разглядела на её лице предвкушающую улыбку и догадалась сама.

– Неужели идет в десятый класс? – голос её дрогнул. Одно дело, проводить экскурсию каким-то малявкам, но ровесница… Это совсем другое дело!

В её школе в девятом классе было пятнадцать человек. Всего. Из них шесть девочек, включая её саму. Стерва Наташка, строившая глазки её Витьке и вовсе не безуспешно, уехала учиться в ПТУ. Сейчас ПТУ назывался колледжем или что-то типа того, но все знали, чем оно осталось. Путягой, в которой проучиться большого ума не надо, достаточно не скуриться и не спиться за два года. Впрочем, это тоже не всем там удастся.

Ленина тезка по фамилии Королёва, отчего она мнила себя никак не меньше принцессы, была срочно отправлена к тетке в другой город или поселок. Официальная версия – чтобы доучиваться там, но Ленина мама знала от вездесущей Фаи, что отправили её подальше, пока «пузо на нос не полезло». И ладно сама беременность, для поселка это не было чем-то выдающимся. Да только отец ребенка был женат и не горел желанием решать эти вопросы сам. Ему и проблем со своей женой хватало. Оставались Катя и Света, но эти решили не учиться дальше, благо армия девчонкам не грозила, а вот помогать родителям с хозяйством нужно было уже сейчас. К тому же по знакомству со временем обеих обещали устроить в поселковые магазинчики на кассу. В общем, у всех одноклассниц Лены наступила взрослая жизнь, в которой ей с её амбициями не было места. Придумала тоже, поступать в краевой центр в медакадемию. Да кому она там нужна такая умная?

К счастью, всё это, ну кроме Королевой, конечно, Лене было известно задолго до конца девятого класса, и она вполне осознанно отдалилась от подруг, которые «по-дружески» могли утянуть за собой. Общалась в основном с ребятами, которые, как и она, планировали продолжить обучение в десятом. Но с ними было довольно скучно, особенно летом. Зимой можно было обсудить учителей и уроки, а летом они все вместе уходили сплавляться или за грибами, а то и на рыбалку в пять утра! Так что новенькая девочка Лене была просто необходима. Со стороны судьбы или кто-там отвечает за сбычу самого необходимого, было очень мило озаботиться этим вопросом.