– Еще раз спасибо, господа. – Ухтомский встал, глубоко вздохнул. – Удар с тыла у вас вышел отменный… Значит, это скантр?

Штабс-капитан осторожно потрогал черный цилиндр. Внезапно его охватило странное сухое тепло, по коже заструилась энергия, а по рукавам обгоревшего, покрытого пятнами крови комбинезона поползло холодное невесомое пламя.

– Постойте, – вмешался Валерий. – Мне Келюс что-то рассказывал… Господин Ухтомский, у вас есть свой скантр, правда?

Виктор кивнул и достал из нагрудного кармана маленький тяжелый диск.

– Там, на футляре, замок. Поднесите его ближе! Ухтомский повиновался. Послышался негромкий щелчок, половинки цилиндра разошлись в стороны…

– Неслабо! – пробормотал Валерий. Семин покачал головой, Ухтомский ахнул, а дхары изумленно переглянулись.

…Неровный белый кристалл горел ярким трепещущим светом. Внутри него что-то переливалось, бурлило, но поверхность оставалась холодной и чистой. Свет был так силен, что смотреть было больно, и даже голубая колонна в центре зала поблекла, став почти прозрачной…

– Как тебе, Сергей? – поинтересовался Валерий, рассматривая скантр. – Такое бы на Чабан-Кермене раскопать!

– Точно, – немногословно согласился тот. – И чего с ним будем делать?

Валерий почесал в затылке.

– Давайте Лунина подождем. Он эту кашу заварил, пусть и командует. Он скоро будет, господин Ухтомский?

Виктор не ответил. Бородач недоуменно поглядел на него, затем недоумение сменилось тревогой.

– Николай… жив? Ну, скажите, он жив?

– Он тяжело ранен. И он велел мне, когда найдем скантр… Князь не договорил. Где-то далеко в глубине тоннеля послышался еле уловимый шум.

– Кто-то идет! – Виктор встал и спрятал красный диск. Створки цилиндра сомкнулись, и в зале сразу стало темнее. – Валерий, скантр надо спрятать. И сейчас же!

– Сделаем, а? – Археолог повернулся к Семину, тот секунду подумал и неторопливо кивнул.

– Уходите. – Ухтомский передал Сергею тяжелый футляр. – Скорее! Надеюсь, увидимся.

– В самом скором, – пообещал Валерий. – За Луниным присмотрите.

Виктор пожал бородачам руки, Семин улыбнулся стальными коронками, и через секунду по лестнице простучали быстрые шаги…

– Господа, – Ухтомский повернулся к дхарам, – мы с вами ничего не видели. Здесь были только краснорожие.

– Мы ничего не видели, гэгхэн, – спокойно согласился

Лхаст и начал аккуратно заворачивать Черный Меч в плотную серую ткань. Ухтомский присел прямо на пол и достал раздавленную пачку сигарет. Только сейчас он смог, наконец, закурить.

Из тоннеля выбежали спецназовцы и тут же замерли, в изумлении глядя на голубую светящуюся колонну. Наконец, немного придя в себя, они рассыпались по залу, держа автоматы на изготовку. К сидевшим у самого колодца Виктору и дхарам подошел запыхавшийся от быстрого бега Алексей. Ухтомский неторопливо встал.

– Мы пошли за этими разбойниками, – кивнул он в сторону трупов. – Еще один свалился в колодец.

– А Гонжабов?

– Там, – Виктор указал на светящуюся колонну. – Скантра, к сожалению, нет.

Алексей покачал головой.

– Мы обыскали все. Там такая установка, целый завод, прямо страшно! Но скантр они где-то спрятали. Жаль! Ну, надо уходить…

– Поищем еще? – предложил Ухтомский и принялся внимательно осматривать своды подземного зала.

– Нет. Мы тут уже не хозяева… Да, там еще одного вашего нашли. Рыжего…

Дхары переглянулись, и Ухтомский медленно перекрестился.

Обратный путь казался невыносимо долгим, может быть, потому, что все время приходилось сменять друг друга у носилок, на которых лежали тела Лунина, Мика и Сержа. Двое спецназовцев были ранены, но шли сами.

Келюс был жив. В этом Виктор убедился сам, нащупав-таки медленную неровную ниточку пульса. Он встречался с подобным на фронте и знал, как бывает тонка эта ниточка. Но все же Ухтомский был готов верить в лучшее, если бы не ледяной холод, исходивший от неподвижного тела. Даже трупы не бывали так холодны…

Горный склон был залит утренним светом, сквозь серые облака проглядывало бледное осеннее небо, и люди, вышедшие из темноты тоннеля, наконец-то смогли перевести дух. Ухтомский окинул взглядом близкие горы, ровный квадрат станции, ажурные антенны на высоких решетчатых башнях и понял, что здесь многое изменилось. Это заметил и Глебов. Он забеспокоился, что-то зашептал Алексею, и отряд стал выстраиваться в ровную шеренгу перед усыпанным серыми камнями склоном. …На вертолетной площадке стояло несколько огромных зеленых машин, рядом застыли три бронетранспортера, а вокруг все было заполнено десятками крепких парней в такой же защитного цвета форме, как у людей Глебова, но с золотыми трезубцами на головных уборах.