Пока он отвлекся, освободила одну руку и вцепилась ногтями в жуткое лицо.

— Отпусти меня, гад, — вдавила пальцы сильнее, с силой царапая всё, куда дотянусь. Пощечины не ожидала, потому от сильного удара по лицу в первые мгновения потерялась. Кожу обожгло огнём. Даже голова откинулась в сторону.

Паника и понимание своего бессилия накрыли с головой. Особенно когда Орлов стал стягивать с меня шорты. Его мерзкие пальцы лапали всю меня, укусы-поцелуи заставляли вздрагивать и плакать от боли.

— Нет. Нет! — шептала сама себе, а потом и ему. — Нет! Не трогай меня!

Сил практически не оставалось. Я задыхалась от страха и того, что скоро произойдет. Орлов, уже почти невменяемый, рычал и тискал меня как куклу. Сжалась вся, когда он просунул мне руку между ног и с силой вдавил в меня пальцы. Завизжала от боли. Из-за слёз ничего не видела.

Когда насильник скатился с меня, поняла не сразу. Просто вдруг стало легко и прохладно голой коже. Сморгнула слезы. И не сразу сообразила, что в комнате появился Глеб. Злой. Нет. Очень злой. Бешенный. И до ужаса спокойный с виду. И сейчас он четко и методично избивал Орлова. Удары сыпались один за другим. Резкие. Точные.

Смотрела на это, не донца понимая, что происходит. Звонок в дверь и серия громких ударов в неё заставили очнуться. Завернулась в покрывало и по стеночке, обходя дерущихся, пошлепала в прихожую. Сашка ворвался сразу, схватил в объятия, но услышав, как я дернулась и заскулила, сразу отпустил.

— Мариш, тихо-тихо, сейчас Глеб придет, потерпи немножко, — погладил меня по голове и поспешил в комнату, откуда слышались стоны.

А я прислонилась к стене и тихонько сползла по ней вниз.

Господи, спасибо тебе! Успел. Защитил.

Всё, что происходило дальше в тот день, слилось для меня в сплошной калейдоскоп событий, которые я после не могла до конца вспомнить.

Так, я совершенно не поняла, куда делся Орлов из квартиры. Как я умудрилась переодеться в нормальную одежду и попасть в больницу.

Всё, что я видела перед собой — это мой Глеб. Его глаза, совсем не карие, как обычно, а практически чёрные от беспокойства. Я вцепилась в него мертвой хваткой, как только он поднял меня на руки в квартире. И больше не отпускала. Прижавшись носом к его сильной, крепкой шее, втягивала свой идеальный аромат и потихоньку приходила в себе. Мне всё казалось, что я сплю или потеряла сознание, и сейчас очнусь, а кошмар продолжится.

Но надежные руки держали крепко и аккуратно одновременно. Дарили защиту и уверенность, что всё плохое в прошлом, и с этого момента всё будет хорошо. И можно чуть-чуть выдохнуть, и расслабить сведенное судорогой тело.

— Ты меня спас. — прошептала Глебу, обхватив его за колючие щеки, заглядывая в глаза и смаргивая слёзы. — Успел. Защитил.

— И всегда буду, — прислонился лбом к моему, — не сомневайся во мне, Мариш.

— Не буду. Никогда не буду. Прости, что так долго ждал. — погладила по щеке.

— Всё хорошо. Я тебя очень люблю.

Всхлипнула и заморгала, чтобы видеть родные глаза.

— Правда?

— Правда, — погладил по волосам и тихонько поцеловал.

— А я тебя люблю, — кивнула в ответ.

— Знаю, маленькая.

Божечки, как хорошо и правильно было находиться в его руках. Чувствовать уверенность, надежность, заботу. И впитывать их в себя, как губка.

— Риш, пойдем, тебя доктор осмотрит, — погладил по щеке, — не бойся, я буду рядом.

— Но Илья мне ничего не сделал, — запротестовала я. Не хотелось, чтобы кто-то чужой касался меня снова.

— Маленькая, пожалуйста. Так нужно. Я хочу убедиться, что с… вами всё хорошо.

— Ладно… — кивнула, соглашаясь. Прокрутила в голове фразу еще раз. И еще. Прищурилась, вглядываясь в глаза Глеба. — В смысле, с нами?..

Ну кто бы сомневался, что мой любимый мужчина может ошибаться?

Я поверила ему сразу, еще до осмотра и сдачи анализов. Потому все процедуры была немного пришибленной и согласной на всё.

— Поздравляю, вы беременны. Срок 3 недели… — обрадовала нас Ольга Ивановна, ставшая в последствии моим личным врачом.

— Спасибо, — кивнула ей и посмотрела на своего сияющего от счастья мужчину.

— Матрёшка моя любимая! — подхватил он меня на руки и поцеловал.

Глеб

Спустя два года…

Отменяю встречу и лечу домой. Соскучился. Хочу к своим родным и любимым. Директор я или кто? Вот и устрою себе короткий рабочий день в пятницу. Поднимаюсь в квартиру. Не звоню. Открываю дверь своими ключами. Время сна для мелкого.