Шрифт:
— Мариночка, а как Вы оцениваете работу Глеба? — спросил он меня, когда мы закончили с рабочими вопросами.
— О работе сказать ничего не могу, пока не видела его объекты, — посмотрела на мужчину внимательнее, — но, думаю, что он хороший специалист, потому что, как человек — очень грамотный, ответственный, исполнительный и надежный.
— Доверили бы ему строительство своего дома?
— Да, — кивнула, не сомневаясь в ответе.
— Что ж, прекрасно! — кивнул мой собеседник.
— Как у вас тут интересно! — Глеб стоял, прислонившись к открытой двери, и улыбался уголками губ.
— О, Глеб, а Мариночка мне уже помогла. Мы прояснили все вопросы, какие я хотел уточнить. Так что, ты пришёл очень вовремя. Мне как раз пора бежать! — тут же подхватился мой новый знакомый, вставая и поправляя пиджак. — Мариночка, очень рад был с Вами познакомиться.
Подхватил мою ладонь и поцеловал. Ух-ты! Вот это манеры!
— Взаимно, — кивнула с улыбкой в ответ.
— Тогда, до скорой встречи, — подмигнул он мне и, похлопав Глеба по плечу, исчез за дверью.
— Очень интересный человек, — кивнула своему мужчине на незаданный вопрос. И с удовольствием его обняла и прижалась посильнее. — Соскучилась.
— Я тоже! — поцеловал сначала медленно, а потом всё более напористо. Подхватил за попу и приподнял. Сел на диван и затащил меня к себе.
Разорвали поцелуй, когда перестало хватать кислорода.
— Эй! — стукнула тихонько в плечо, — Хватит меня совращать!
— Почему бы нет? — придвинул меня к себе ближе и дал прочувствовать всё свое желание, что упиралось мне между ног.
— Не-не-не! — соскочила с его коленей. — Едем домой!
— Хорошо.
Когда уходили, секретарь уже тоже собиралась. Я её даже сразу не узнала. Офисный прикид и шпильки исчезли, и девушка переоделась в обычный летний сарафан и балетки.
— Ань, закроешь всё? — спросил Глеб, держа меня за руку.
— Конечно, — улыбнулась ему девушка, — хорошего вечера!
Последняя фраза предназначалась уже мне, как и теплая улыбка.
— Спасибо, и Вам! — улыбнулась в ответ.
— Даже не вздумай ревновать, — посмотрел на меня мой догадливый мужчина, когда сели в машину, — Аня замуж осенью выходит, а её парень у меня проектировщиком работает.
— Я ни о чем не спрашивала, — подняла руки вверх. Но новость порадовала.
— А тебе и не нужно. У тебя всё на лице написано!
Вот же! Всезнающий и всевидящий!
Глава 38
В следующие недели Глеб помог мне окончательно перебраться на 14 этаж, не давая никакой возможности оттягивать и дальше. Дошло до смешного, когда мой целеустремленный мужчина принес два большущих чемодана и стал паковать весь мой гардероб сам.
— Риш, перевозить по одному платьицу меня не устраивает, поэтому берем всё, что нужно, и заполняем шкафы наверху. — укладывая вещи, убеждал он, — Или поехали, купим новые?
— Нет. — тут же открестилась я.
— Ладно, тогда любимую кастрюлю, единственную и неповторимую подушку, коврик в ванную. Что нам понадобится? Чтобы я не боялся, что ты сбежишь, потому что чего-то не хватает.
— Цветы перенесем, чтобы не завяли.
— Хорошо.
— Плед с дивана.
— Согласен.
— Косметику всю!
— Да, пожалуйста!
— Глеб, ты правда боишься?
Обняла своего сильного и такого уверенного мужчину за талию.
— Конечно, маленькая. Очень боюсь! — поцеловал он меня в нос. — Поэтому я не собираюсь больше тянуть. В выходной едем знакомиться с моей мамой и дедом.
— А, может, чуть-чуть еще подождём? — улыбнулась заискивающе. Что-то как-то боялась я этих знакомств с родственниками. — Слишком уж это серьезный шаг.
— То есть, кольцо на твоем пальце — это так, ерунда? — прищурился Глеб. Улыбка с его лица исчезла. Сделал движение ко мне. Руки поставил на бедра, заиграв мускулами.
Я даже отступила назад немного.
— Прости, — скривила жалостливую моську, — не подумав, ляпнула. Просто я боюсь им не понравиться.
— Риииш, ты мне нравишься! Понимаешь? Мне! — притянул меня близко-близко. — И вообще, кого ты боишься? У меня мама — мировая! А с дедом ты уже знакома.
— В смысле, знакома?
— В офисе с ним очень даже мило общалась! — подмигнул мне Миллер.
Как стояла, так и села на диван, боясь, что упаду.
— Генрих Германович?
— Ага! — и заулыбался, зараза моя! Заулыбался!
— А почему сразу не сказал?
— Зачем? Чтобы ты опять стала переживать без повода?
— Ах-ты! Интриган хитропопый! — кинула в него подушку-думку, промахнулась, но тут же взяла следующую. — Издеваешься?
Вторая тоже полетела мимо, но оставалась еще одна.