Шрифт:
Довольно быстро у нас приняли заказ и уже минут через пятнадцать я с наслаждением уплетала блинчики с творогом и черничным джемом, а Глеб солянку и гриль-колбаски с овощами.
— Ты уверена, что наешься блинами? — спросил Глеб, наблюдая за моими действиями по расчленению блинов и утоплению их в сладком соусе.
— Угумс, — засунула очередной кусочек в рот и растянула губы в улыбке. — Вкусно, просто ням!
— Я заметил.
— А у тебя как? — кивнула на первое блюдо.
— Тоже вкусно. Хочешь попробовать?
— Неа! — отказалась от пододвинутого ближе ко мне блюда. — Солянку я тоже обожаю, но сегодня будет блинный обед!
Запивая очень вкусное блюдо капучино из большой чашки, ловила взгляды Глеба, и сама рассматривала мужчину, сидящего напротив.
— Ты здесь не первый раз?
— В Кронштадте?
— Ага.
— Нет, у меня однокурсник отсюда. В студенческие годы часто у него в гостях бывал.
— А после?
— Димка женился два года назад. Последний раз как раз на его свадьбе и виделись. А так только созваниваемся. У него двойняшки полгода назад родились.
— Ого, здорово как! — двойняшки, это же круто. Правда мамочке не позавидуешь, если только родственники не помогают. — А кто?
— Обе девочки.
— Невесты, значит.
— Точно. А я всегда сына хотел. Не знаю, почему. — задумчиво выдал Глеб, допивая свой чай.
— Я тоже.
Однажды, когда гуляли с Ильей, как-то он спросил, кого я хочу в будущем — сына или дочь. Тогда, даже не задумываясь, ответила, что сына. Девочку у себя на руках даже не представляла. Только мальчик, защитник и помощник.
Илья обхватил меня в тот раз за талию и радостно закружил: «Умница! Правильно!»
Ладно, это всё в прошлом и не стоит его доставать из закромов памяти в такой замечательный выходной.
— Идём дальше? — спросил Глеб, когда с едой было покончено.
— Идём!
Морской собор был виден издалека. Да и территория перед ним была обширной и ухоженной. Что поразило безумно и, наверное, навсегда, это чугунная площадь. Красота, которую надо видеть! А сам собор — величественный, белоснежный, ажурный. Впечатляющий. Один из самых красивых для меня, а может даже самый лучший.
Глеб оплатил экскурсию, и мы в компании таких же увлеченных туристов поднялись на балкон под самый купол. Сама экскурсия не совсем понравилась, а вот внутреннее убранство и художественная роспись, как и потрясающий вид на Кронштадт оставили море красочных впечатлений.
Покинув собор, немного побродили вокруг и отдохнули на лавочке, после отправились в обратный путь к машине. На переднее сидение забиралась с кряхтением и тут же с удовольствием вытянула ноги. Всё-таки, уходилась. Непривычно.
— Домой или на набережную еще сходим, корабли посмотрим? — Глеб тоже растянулся на своем сидении.
— А ты торопишься? — решила уточнить, вдруг уже время поджимает.
— Нет. — сегодня никуда не тороплюсь.
— Отлично. Согласна еще погулять. — улыбнулась. Совсем не хотела заканчивать такой прекрасный день.
— Вот и хорошо. — кажется, мужчина ждал именно такого моего ответа.
Глеб припарковал машину недалеко от Петровской пристани, и еще пару часов мы неспешно гуляли и рассматривали всё вокруг.
Назад уезжали, увозя море прекрасных эмоций и отличное настроение. За день я успела многое сфотографировать, чтобы потом отослать мамочке. Даже Глеб попал в кадр. Ну, точнее не сам попал, а я его сфоткала, пока он отвлекался на входящий вызов.
Думала, что меня сразу отвезут домой, но мы остановились у ТОКИО-CITY.
— Не хочу, чтобы ты еще что-то готовила сегодня. — озвучил своё мнение мужчина. — Давай тут поужинаем.
— Давай.
— Любишь пиццу или роллы?
— Всё люблю. Честно! — добавила, когда на мой ответ заметила выгнутую бровь.
— Тогда, пошли. — опять меня взяли за руку и повели ко входу.
Вот уж что правда, то правда. Обожала я и роллы, и пиццу. Но если последнюю вполне могла сделать дома, то с суши возиться желания не возникало. Однако по праздникам любила прикупить себе большой запечённый набор и смаковать его с васаби и имбирём. Ням! Прелесть!
— Что хотим? — спросил Глеб, рассматривая меню.
Я с удовольствием расслабилась на мягких подушках, пока выбирали заказ. И никуда не спешила. А то, что и покормят вкусно — вообще двойное удовольствие.