Да и рассказ о действиях Ордынцева оказал на собравшихся большое влияние. Если поначалу они кидали на Станислава недоуменные взгляды, дескать, кто это вообще такой? То теперь, в их глазах зажегся неподдельный интерес.

Хорошие целители в обществе воинов всегда были на счету.

Не забыл Джишин упомянуть и действия теневиков, в особенности главу ячейки Найто и троих бойцов, среди которых был и его родной сын.

История Кенсея не вызвала особых вопросов. Разве что смотреть они стали на него чуточку благосклоннее. Правда это не избавило ронина от презрительных взглядов.

А вот больше всего старейшинам пришлось по душе описание того, как сгорающие от жажды мести самураи практически полностью вырезали ослабшие после взаимной драки войска Санса и Киатто, расположенных в Акару.

Немаловажным было и то, что самураи после этого сражения тоже не досчитались многих своих бойцов.

— Значит, Санса и Киатто были значительно обескровлены? — уточнил Горо.

— Да, отец, — кивнул Джишин. — К тому же, если Нобуноро погиб, то дайме может и не станет разбираться, кто на самом деле виноват…

— Он не погиб, — спокойно пояснил глава клана. — До нас добрались почтовые соколы со сведениями от теневого камня. Он в тяжелом состоянии, но жив. Тем не менее, ты прав, Санса и Киатто в опале у двора дайме. Некоторые из военачальников Хюго им не доверяют и хоть до столкновений дело не дошло, но боеспособность упала. Это уже позволило нашей стране значительно продвинуться вперед.

Глава клана внимательно оглядел старейшин.

— У кого-нибудь еще есть вопрос касательно предательства моим сыном клана?

Стас же в этот момент мысленно выдохнул с облегчением. Что бы там не думал Джишин, но его отец явно не собирался жертвовать жизнью сына без боя. И благодаря Шину и Найто у Горо были козыри в споре.

— Хорошо, — Ютака недовольно кивнула, после того, как главы семей переглянулись и ни у кого не нашлось возражений. — Но, что мы будем делать с уроном нашей чести? Что подумают другие великие кланы, когда эта история всплывет? К тому же, я слышала о том, что в дороге Джишин повстречался с наследником Мизуно!

Вокруг раздались напряженные шепотки.

— И знаменитый Добродушный Кейташи с чего-то решил помочь принцу Сумада. Не находите ли вы это подозрительным?

— Да неужели? — издевательский голос еще одного старейшины заставил Ютаку замолчать и сморщиться так, словно у нее внезапно заболели все зубы. — А мне напомнить вам, многоуважаемая старейшина Ютака, что уж кому-кому, но не вам стоит поднимать эту тему с Мизуно?

— Старейшина Тошиюки, — презрительно хмыкнула женщина. — Неужели семью Эйко заинтересовало хоть что-то кроме вашего любимого городка и торгашей?

«Про эту семью Джишин сказал, что они тоже не пользуются благосклонностью остальных семей». — припомнил Стас, взглянув на Тошиюки с куда большим интересом: «Если я правильно понял, то их семья поднялась до главной ветви благодаря вложениям в обычных людей, торговлю и постройку того города, который красуется вокруг цитадели. Из-за этого их не воспринимают серьезно чисто «боевые семьи».

Сам глава «строителей», как их презрительно называли остальные Сумада, выглядел, как мужчина лет сорока с длинными, гладкими волосами, которые опускались аж до лопаток. Узкий подбородок и немного веселое выражение лица — добавляло ему сходства с одним вечно улыбающимся теневиком. Правда здесь в его образе больше было все же именно издевательского.

— Ой, Ютака, ты меня прямо удивляешь. Мой городок, на минутку, приносит огромную прибыль в казну клана и не тебе ли, как ответственной за наши финансы, этого не знать?

Судя по мрачному выражению лица женщины, она вполне это понимала, хоть и не особо любила. Видимо, даже будучи казначеем, она ценила старый уклад жизни, где воители не зависели от гражданских.

Еще одна причина почему семья Эйко начала нравиться Стасу. Они привносили в этот мир прогрессивный взгляд на жизнь и, судя по всему, руководство Сумада их оценило, подняв наверх.

Если так подумать, то этот мир, очевидно, сам почти подошел к эпохе изменений. Уже назрели те проблемы, которые нельзя было решить обычными методами.

Именно тогда рождаются люди вроде Кейташи Мизуно или Тошиюки из семьи Эйко.

— К тому же, — продолжил Тошиюки. — Помнится мне, сразу пятеро воителей именно из вашей семьи в прошлой компании попали в плен к Мизуно?

— Да, это так, но они сделали то, что должно и, освободившись, вступили в бой, после чего погибли, не запятнав свою честь и честь клана! — женщина стукнула кулачком по коленке.