— А почему бы тебе как-нибудь не помочь мне со сценарием… или с диалогами? Авторам диалогов бывает очень нужна помощь, свежие идеи. Совсем нелегко сочинять пять серий в неделю.

— Да, я себе представляю.

И она возбужденно посмотрела на Билла:

— Ты это серьезно? Ну, насчет разработки новых идей к сериалу?

— Конечно, серьезно. А почему бы и нет? Мы с тобой могли бы потолковать об этом как-нибудь за ужином, если ты не против. Я дам тебе исходный материал по персонажам, и приступай.

Похоже, идея Биллу понравилась, и Адриане тоже; они обсуждали ее, пока шли обратно к ней в редакцию, а потом и вечером следующего дня, когда, через две недели после пикника 4 Июля, Адриана приняла приглашение поужинать.

Было это вечером в субботу, а до того утром они встретились у бассейна. Адриана выглядела лучше, чем в предыдущие дни. Видно, наконец она оправилась от шока после всего случившегося и, кроме того, по-прежнему была под самым хорошим впечатлением от знакомства с работой Билла, состоявшегося накануне.

— Как ты отнесешься к предложению съесть сегодня вечером знаменитый тигпенский бифштекс? Или не столь великолепному предложению поужинать в «Спаго»?

Это был любимый ресторан телевизионщиков и киношников. Вольфганг Пак всех их ублажал восхитительными макаронами и пиццей, а также множеством блюд собственного изобретения.

Адриана начинала свыкаться с реалиями своей жизни, и перспектива провести вечер с Биллом в ресторане показалась ей очень привлекательной. Она ценила невероятное терпение, которое он все эти дни проявлял. Билл не навязывался, а тактично о ней заботился: иногда заходил в редакцию, вечером посылал еду, раз или два предлагал подвезти, но никогда не настаивал на том, чтобы вместе провести вечер, куда-то пойти, зная, что это было для нее какое-то время просто неприемлемо. Он даже порекомендовал адвоката, который занялся ее делом и уже несколько раз говорил с Лоренсом Алманом. После двух недель бесконечного отчаяния и горя Адриана почувствовала себя немного бодрее, и оба предложения Билла показались ей замечательными.

— На твое усмотрение.

Она с благодарностью ему улыбнулась. За такое короткое время Билл стал ей хорошим другом.

— Тогда, может, поедем в «Спаго»?

— Отлично.

Адриана улыбнулась, и оба отправились по своим делам. Предстояла стирка, оплата счетов — бесконечная обязанность, которую теперь, в отсутствие Стивена, приходилось выполнять ей самой. Ее зарплаты хватало на все, но в последнее время она старалась экономить, чтобы отложить кое-что на будущее, когда появится малыш.

Билл заехал за Адрианой в восемь. На нем были слаксы цвета хаки, белая рубашка и синий блайзер. Адриана надела бледно-розовое шелковое платье, свободными складками ниспадавшее с плеч.

По дороге говорили о работе — последние недели для обоих выдались очень напряженными. Билл поделился радостью: в ближайшую среду должны были прилететь его мальчуганы. Планировалось провести два дня в городе, а потом отправиться в путешествие.

Билл заказал пиццу с уткой, Адриана же — капулетти со свежими помидорами и базиликом. На десерт им принесли на двоих один огромный кусок шоколадного торта, утопающий в облаке взбитых сливок. Как обычно, Адриана его весь съела сама, а Билл опять подтрунивал, что она, несмотря на хороший аппетит, что-то не поправляется. Эти слова Адриана восприняла как бы с некоторым раздражением:

— Ты прав, мне следует себя ограничивать. Со следующей недели не ем ничего, кроме салатов.

Билл заметил, что она не худа, но и не страдает избыточным весом. В глаза ему бросилось только чуть ли не ежедневное увеличение ее груди. Впрочем, он не вполне доверял своей наблюдательности в данном вопросе.

— Какой ужас!

Билл задержал дыхание и сделал вид, что втягивает живот. Он был крепкого сложения, но тоже не толстый.

— А мне придется две недели питаться гамбургерами и картошкой фри в придорожных закусочных, Произойдет чудо, если я от такого рациона не деградирую и не покроюсь прыщами, как подросток.

Оба представили себе это и рассмеялись. Затем Билл как-то странно посмотрел на Адриану. Он хотел спросить ее сразу, как только узнал, что Стивен подал на развод, но все не решался. И теперь тоже не был уверен, готова ли Адриана его услышать:

— Знаешь, Адриана, мой вопрос может показаться тебе странным.

Ее лицо выражало беспокойство.

— Только не волнуйся. Он не личного плана, и я не обижусь, если ты ответишь на него отрицательно. Я задаю его так, на всякий случай, с надеждой, что вдруг удастся тебя уговорить.

Он сделал паузу, словно пережидал барабанную дробь.

— Можешь ли ты на недельку-другую взять отпуск?

Адриана поняла, что именно Билл хочет ей предложить, и чувствовала себя очень польщенной. Она сознавала, как много значили для Билла его сыновья, и не могла не оценить его великодушия.

— Думаю, что это возможно. Я копила отгулы для путешествия в Европу в октябре. У меня набралось около четырех недель.

Путешествие в Европу теперь, конечно, отменялось. Куда можно ехать? К октябрю пойдет седьмой месяц беременности.