На следующий день по дороге на работу он думал об Адриане и задавал себе вопрос, почему она ему не сказала, что Стивен от нее ушел. Конечно, нельзя было исключать собственной ошибки, но она была маловероятна. В квартире не осталось буквально ничего из мужской одежды. Отсутствовали мужские туалетные принадлежности, крем после братья, не было даже электробритвы. Билл в этом убедился, проведя свое молниеносное обследование. Но что она скрывала? Почему ничего не говорила? Была ли она просто смущена или не готова встречаться с другими мужчинами?

На работе у него не было времени думать обо всем этом. Один из актеров заболел, два главных автора диалоге? основательно повздорили, и Билл смог перевести дух лишь к полудню. Он намеревался сходить к Адриане и привести ее досмотреть очередную серию, которая выходила в эфир в час дня.

В своем кабинете Адриана пыталась прийти в себя после сообщения о том, что накануне был похищен, а затем вечером зверски убит сын местного сенатора. Случай был жуткий, парню исполнилось всего девятнадцать лет. Удручена была вся редакция «Новостей», не говоря о родственниках убитого. Адриана ужаснулась, просмотрев отснятый материал. Юношу с перерезанным горлом бросили у порога дома его родителей.

Адриана как раз давала поручения редакторам работать с полученным материалом, а корреспондентам взять Интервью у друзей семьи сенатора, когда ее позвали к телефону. Голос в трубке был незнакомым. Мужчина представился как Лоренс Алман.

— Миссис Таунсенд?

— Да. Случаю вас.

Адриана спешила, в ее голосе звучало нетерпение.

— Я вам звоню по просьбе вашего мужа. У нее замерло сердце.

— С ним что-то случилось? Он здоров?

Алману стало ее жаль, когда он услышал эти слова. Эта женщина отнюдь не безразлично относилась к своему мужу, как утверждал Стивен.

— Да, все в порядке. Я его представляю. Я адвокат.

Адриана была в замешательстве. Зачем он звонит? И почему Стивен попросил его позвонить?

— А в чем, собственно, дело?

Он. на мгновение замялся, не зная, что ей сказать. Похоже, она была совершенно не готова, Алман почувствовал себя настоящим мерзавцем.

— Я полагал, что ваш муж кое-что вам уже сказал. Но вижу, что нет.

«Правда, может, она притворяется, — подумал адвокат, — но, кажется, это не такой человек».

— Миссис Таунсенд, ваш супруг подает на развод. Он хотел, чтобы я с вами кое-что обговорил.

У Адрианы потемнело в глазах и перехватило дыхание.

— Извините, я… я не поняла. О чем вы?

— О расторжении брака, миссис Таунсенд, — сказал Алман так мягко, как только мог. Он был порядочным человеком, и данное дело явно не пришлось ему по душе. Стивен все представил ему в несколько ином свете. — О разводе. Ваш муж хочет с вами развестись.

— Я… я поняла… А это не слишком поспешное решение?

— Я спрашивал его, не хотел ли он с вами посоветоваться, но он утверждает, что у вас непримиримые противоречия.

— А я могу опротестовать его заявление?.. Адриана прикрыла глаза, стараясь, не расплакаться. Нужно было сохранять спокойствие, но это было так трудно… Невероятно, Стивен хотел развестись и не собирался даже поговорить с ней об этом, а попросил чужого человека.

— Нет, не можете. Такого закона уже давно нет. Вы или мистер Таунсенд имеете право подать на развод без согласия супруга.

Адриану потрясло то, что она слышала, но и это было не все.

— Мистер Таунсенд хотел поставить вас в известность еще кое о чем.

— Он хочет продать нашу квартиру, да? В глазах Адрианы заблестели слезы. Рушился весь окружавший ее мир.

— Да. Но он дает вам три месяца на поиски нового жилья, если, конечно, вы не захотите выкупить ее по соответствующей рыночной цене. Однако я, миссис Таунсенд, хотел вам сказать не об этом. К вопросу жилья мистер Таунсенд подходит разумно. Я же имел в виду…

Алман запнулся. Он пытался отговорить Стивена, но это было бесполезно.

— …Он просил меня оформить еще кое-какие документы. Я бы хотел, чтобы вы на них взглянули.

— А чего именно они касаются? Адриана сделала глубокий вдох и дрожащими пальцами вытерла со щек слезы.

— Вашего… гм…. ребенка. Мистер Таунсенд решил отказаться от всех родительских прав еще до его рождения. Мне это представляется несколько поспешным, и должен сказать, что я его от этого отговаривал. Сам по себе поступок весьма странный, но ваш муж настаивает. Я вчерне подготовил соответствующие документы, просто чтобы с вами их согласовать. В них сказано, что он отказывается от всяких претензий на ребенка. То есть после рождения не будет иметь права с ним видеться и вообще претендовать на него. Ребенок не будет носить его фамилию. Вам придется вернуться к своей девичьей фамилии и дать ее ребенку. Мистер Таунсенд не будет фигурировать в свидетельстве о рождении и, естественно, ни вы, ни ребенок не сможете предъявлять мистеру Таунсенду никаких судебных или финансовых исков. Он хотел предложить за это определенную денежную компенсацию, но я объяснил, что калифорнийское законодательство таковой не предусматривает. Отказ от родительских прав не может сопровождаться какими-либо денежными расчетами, в противном случае он позднее может быть объявлен недействительным.