Адриана отошла, и Билл заметил, что она наполнила тарелку салатами, креветками и другими закусками, которые нашла на буфетном столе. У нее оказался хороший аппетит, что казалось странным при ее худобе. Несомненно, она очень спортивна, решил Билл.

Он положил Адриане на тарелку бифштекс, предложил ей вина, от которого она отказалась и пошла сесть у бассейна. Билл надеялся, что она еще будет там, когда он закончит готовить, Через полчаса он решил, что свою задачу выполнил — все были обслужены, а большинство гостей даже по два раза. Один из соседей по комплексу предложит его подменить, Билл с радостью согласился и пошел искать Адриану. Та спокойно сидела, уплетала десерт и слушала, о чем болтают окружающие.

— Ну, как вам понравилось? Это не могло быть невкусно.

Бифштекс исчез, как и все остальное, что было у нее на тарелке. Адриана смущенно засмеялась:

— Это было восхитительно. А я была ужасно голодна.

— Вот и хорошо. Ненавижу готовить для тех, кто не ест. А вам нравится готовить?

Билла интересовало о ней все: что она за человек, чем любит заниматься, счастлива ли со своим мужем. Его это не должно было бы интересовать, он слышал у себя в голове предупредительные сигналы, говорил себе остановиться, но другой, более мощный голос убеждал его продолжать.

— Иногда нравится. Я не особенно хороший кулинар. У меня нет времени готовить.

«Да и не для кого. По крайней мере сейчас», — добавила про себя Адриана. Стивен, впрочем, и так не был особенным гурманом. Из всех блюд он предпочитал салат.

— Конечно, если вы отвечаете за оба выпуска вечерних «Новостей». А между ними вы приезжаете домой?

— Чаще всего да. Если не происходит ничего сверхдраматичного. Как правило, около семи я приезжаю домой и снова уезжаю на работу в районе десяти — десяти тридцати. А окончательно возвращаюсь домой около полуночи.

— Это я знаю, — улыбнулся он. В это время они обычно встречались в ночном супермаркете.

— Вы, видимо, тоже работаете допоздна? Адриана улыбнулась. На тарелке у нее лежал кусок шарлотки, но она стеснялась приступить к его поглощению на глазах у Билла.

— Да. Иногда, я даже ночую прямо в кабинете на диване. Наши сценарии порой меняются очень быстро, и актерам приходится играть нечто совершенно другое. К этому бывает трудно привыкнуть, но в непредсказуемости, конечно, есть своя прелесть. Вы непременно должны увидеть, как делается сериал.

Адриану тема заинтересовала, и некоторое время они говорили о его сериале. Билл рассказал, как все начиналось в Нью-Йорке десять лет назад, как он в конце концов перебрался в Калифорнию.

— Самое трудное в переезде сюда было расстаться с моими сыновьями, — произнес он тихо. — Они замечательные мальчишки, и я действительно по ним тоскую.

Он уже говорил ей о своих ребятах, но Адриана все еще очень мало о Них знала, как, впрочем, и об их папе.

— И вы часто с ними видитесь?

— Не так часто, как бы хотел. Они прилетают на праздничные каникулы в течение учебного года и проводят у меня примерно месяц летом. Я жду их через две недели.

Говоря это, он просиял, что тронуло Адриану.

— А чем вы с ними занимаетесь, когда они здесь?

Работая в таком режиме, как он, нелегко было бы уделять время еще и двум детям.

— Перед их прилетом я работаю как одержимый, а потом беру четыре недели отпуска. Время от времени я заглядываю в съемочный павильон, просто чтобы проверить, как идут дела, но, как правило, они без меня справляются хорошо, — с улыбкой признался Билл. — На две недели мы отправляемся в палаточный поход и еще две недели проводим здесь. Они бывают очень довольны. Я мог бы обойтись без похода и вместо этого с удовольствием пожил бы недельку в отеле «Бель-Эр», но мои ребятишки обожают жизнь в походных условиях, без удобств, ночевки в лесу. Вообще-то, так мы живем около недели, и еще на столько же останавливаемся в какой-нибудь гостинице, например «Ауани» в Йосемитском национальном парке, или добираемся до озера Тахо. Я могу выдержать в палатке и спальном мешке не больше недели, но для всех нас это очень полезно. Мне, во всяком случае, не дает зазнаваться.

Билл рассмеялся, Адриана же, пока он говорил, прикончила свою шарлотку. На этот раз в их общении была некоторая нервозность, скорее не нервозность, а волнение. Впервые они встретились не случайно, в праздничной компании.

— Сколько им лет?

— Семь и десять. Они большие ребята. Вы увидите их здесь, у бассейна. Они думают, что Калифорния состоит из сплошных бассейнов. Здесь им все непривычно.

— Они похожи на вас? — спросила Адриана с улыбкой. Она представила его себе с двумя медвежатами, похожими на него.

— Не знаю. Говорят, младший похож, но мне кажется, что они оба похожи на мать, — ответил Билл, и с ностальгией в голосе продолжил: — Адама мы стали ждать сразу после свадьбы. Мы жили трудно. Лесли пришлось бросить выступления, моя жена тогда была танцовщицей на Бродвее. А я буквально боролся за существование. Временами я серьезно думал, что мы будем голодать, но этого не случилось. А ребенок был нашим утешением. Думаю, мы с Лесли об этом и сейчас одинакового мнения. Адам и сериал родились почти одновременно. Я всегда считал, что это провидение послало нам то, что было так необходимо для содержания ребенка и для нас самих.