— Но как он мог это сделать?

— В его передаче мы услышали слог «орб». Это, конечно, орбита. «Же запущена», значит, «уже запущена».

Верзила схватил Дэвида за руку, его маленькие пальцы вцепились в мускулистое запястье.

— Он запустил капсулу, верно? В кольце она неотличима от миллионов кусков гравия, как… булыжник на Луне… как капля воды в океане.

— Или как кусок гравия в кольцах Сатурна, и это хуже всего, — сказал Старр. — Конечно, он погиб до того, как передал координаты орбиты капсулы, так что мы с сирианцами начинаем на равных, и нужно приниматься за дело не откладывая.

— Искать? Прямо сейчас?

— Да! Если он готов был сообщить координаты, зная, что я у него на хвосте, значит, сирианцы где-то рядом… Свяжись с кораблями, Верзила, и передай им новости.

Верзила повернулся к передатчику, но так и не притронулся к нему. На нём горела красная лампа, означающая наличие радиопередачи. Радио! Обычная эфирная связь! Очевидно, кто-то совсем рядом (в пределах системы Сатурна), причем, не скрываясь, вызывает их на радиоволне, которую, в отличие от субэфирной, очень легко перехватить.

Глаза Старра сузились.

— Принимай, Верзила.

Послышался голос с акцентом: долгие гласные, чёткое произношение согласных. Голос сирианца.

— … вите себя, иначе мы воспользуемся магнитным захватом и арестуем вас. У вас четырнадцать минут для подтверждения приёма. — Последовала минутная пауза. — Именем Центрального правительства приказываю: назовите себя, иначе мы воспользуемся магнитным захватом и арестуем вас. У вас тринадцать минут для подтверждения приёма.

Старр холодно произнес:

— Подтверждаю приём. Корабль Земной федерации «Метеор» находится с мирными целями в космическом пространстве Земной федерации. На это пространство распространяется власть только Земной федерации.

Последовала одна-две секунды молчания (радиоволны распространяются со скоростью света), потом голос ответил:

— Власть Земной федерации не признается на мирах, колонизированных сирианскими народами.

— А что за мир? — спросил член Совета.

— Незаселённая система Сатурна именем нашего правительства присоединена к Сириусу согласно межпланетному закону, по которому незаселенный мир принадлежит тем, кто его колонизирует.

— В этом законе речь идёт только о незаселенных звёздных системах.

Ответа не было. Голос бесстрастно произнес:

— Вы находитесь в пределах системы Сатурна, вам приказано немедленно их покинуть. Если вы не уйдёте, мы вас захватим. Все корабли Земной федерации в дальнейшем будут захватываться без всяких предупреждений. Вы должны начать ускорение через восемь минут, иначе мы начнем действовать.

Лицо Верзилы радостно вспыхнуло. Он прошептал:

— Пусть попробуют, Счастливчик. Покажем им, чего стоит наш «Метеор».

Но Дэвид не обратил на это внимания. Он сказал в передатчик:

— Ваше сообщение получено. Мы не признаем власть Сириуса, но уходим добровольно.

И он прервал связь.

Верзила пришёл в ужас.

— Пески Марса, Счастливчик! Мы убежим от своры сирианцев? Оставим капсулу, чтобы они её нашли?

Дэвид ответил:

— Сейчас, Верзила, придётся уходить.

Голову он наклонил, лицо его побледнело и приняло напряженное выражение, но взгляд не был взглядом человека, потерпевшего поражение. Всё, что угодно, только не это.

Старшим офицером на кораблях-преследователях (не считая, разумеется, члена Совета Василевского) был капитан Майрон Бернольд, лет пятидесяти, с фигурой человека на десять лет моложе. На мундире его было четыре полоски. Волосы седели, но брови оставались ещё чёрными, а на бритом подбородке была видна синева пробивающейся бороды.

С нескрываемым презрением он смотрел на гораздо более молодого Старра.

— И вы отступили?

«Метеор» по дороге к Солнцу встретился с кораблями-преследователями на полпути между орбитами Сатурна и Юпитера. Старр перебрался на борт флагмана.

Он негромко ответил:

— Я сделал то, что было необходимо.

— Когда враг вторгся в нашу собственную систему, отступление не может быть необходимым. Вас могли взорвать, но вы успели бы предупредить нас, и мы тут же отправились бы туда.