— Завтра в два часа дня по стандартному времени. Но беспокоиться не о чем.

— Позови Гардому, — сказал Старр.

— Зачем?

— Делай, что я говорю.

Верзила направился к двери. Вернулся он с доктором Гардомой.

Старр спросил:

— Есть ли причины, по которым мне нельзя будет завтра к двум часам дня встать с постели?

Доктор Гардома колебался.

— Я предпочел бы, чтобы вы полежали.

— Меня не интересует это. Если я встану, я не умру?

— Вы не умрете, даже если встанете немедленно, мистер Старр, — обиженно ответил доктор Гардома. — Но я не советую.

— Хорошо. Передайте доктору Певерейлу, что я буду на суде над Верзилой. Вы ведь знаете об этом?

— Да.

— Знают все, кроме меня. Верно?

Вы были не в состоянии…

— Скажите доктору Певерейлу, что я буду на суде. Пусть без меня не начинает.

— Скажу, — ответил Гардома, — а вам теперь лучше поспать. Идёмте со мной, Верзила.

Верзила пропищал:

— Ещё одну секунду.

Он быстро подошёл к кровати друга и сказал:

— Слушай, Счастливчик, не расстраивайся. У меня ситуация под контролем.

Брови Дэвида приподнялись.

Верзила чуть не лопнул от важности.

— Я хотел удивить тебя, чёрт возьми. Я могу доказать, что не виноват в том, что Зертейл сломал себе шею. Я разгадал этот случай. — Он поколотил себя в грудь. — Я! Я сам! Верзила! Я знаю, кто виноват.

Старр спросил:

— Кто?

Но Верзила негодующе возразил:

— Нет! Я ничего не скажу! Хочу показать тебе, что у меня есть не только кулаки, но и ум. На этот раз я даю шоу, а ты зритель. Узнаешь на суде.

Маленький марсианин сморщил лицо в радостной улыбке, слегка протанцевал к двери и в сопровождении доктора Гардомы вышел с торжествующим видом.

На следующий день незадолго до двух часов Старр вошёл в кабинет доктора Певерейла.

Все уже собрались. Доктор Певерейл сидел за своим старым загромождённым столом, он приветливо кивнул, и Дэвид серьёзно ответил:

— Добрый день, сэр.

Всё очень напоминало вечер банкета. Здесь, конечно, был и Кук; как всегда, он выглядел озабоченно и чуть больше обычного осунулся. Сидел он в большом кресле справа от доктора Певерейла, а Верзила почти утонул в таком же кресле слева.

Был здесь и Майндс, его худое лицо мрачно дергалось, он сплетал и расплетал пальцы и изредка начинал постукивать ими по коленям. Рядом с ним сидел флегматичный доктор Гардома, он неодобрительно взглянул на вошедшего Дэвида. Присутствовали и все старшие астрономы.

В сущности, отсутствовал лишь один человек из тех, что были на банкете. Зертейл.

Доктор Певерейл сразу начал в своей вежливой манере:

— Мы можем начинать. Вначале несколько слов для мистера Старра. Я слышал, что Верзила назвал предстоящую процедуру судом. Пожалуйста, имейте в виду, что это не так. Если суд и состоится — а я надеюсь, этого не будет, — то пройдёт он на Земле с участием квалифицированных судей и с соблюдением всех требований закона. Мы просто собираем данные для отчета Совету Науки.

Доктор Певерейл переложил несколько предметов на своём столе и сказал:

— Позвольте объяснить, почему необходим подробный отчет. Во-первых, благодаря смелой вылазке мистера Старра на солнечную сторону саботажник, мешавший осуществлению проекта доктора Майндса, остановлен. Он оказался роботом сирианского производства, теперь он полностью выведен из строя. Мистер Старр…

— Да? — спросил Дэвид.

— Вопрос настолько важен, что я взял на себя смелость расспросить вас, когда вас только привезли и вы находились в полубессознательном состоянии.

— Я хорошо помню это, — ответил Счастливчик.

— Не подтвердите ли некоторые свои ответы для протокола?

— Хорошо.

— Прежде всего, есть ли здесь другие роботы, кроме погибшего?

— Робот об этом ничего не говорил, но думаю, что других нет.

— Но он не говорил, что действует на Меркурии в одиночку?

— Нет.

— Значит, могут быть и другие?

— Не думаю.

— Это только ваше мнение. Робот не говорил, что других нет.