Моё спасение.

Моюсь в душе нарочно долго, чтобы дотянуть до того, когда доставят заказанную пищу. А когда выхожу, возникает состояние дежавю. Ник находится около окна, в той же позе, как и полчаса назад, такой же притягивающие красивый, невероятный. Только сейчас, на кровати лежало несколько покупочных пакетов.

— Одежда на первое время, — уведомляет он меня.

— В смысле — на первое время? — удивляюсь, застыв в полушаге от него.

— Померяй, всё ли подойдёт, — игнорирует он мой вопрос. — Оденься и спускайся в кухню. Отобедаем вместе, — добавляет и уходит.

Так-так, что-то здесь не то!

Думаю об этом и направляюсь к пакетам. Нужно поговорить с Ником, и если он думает, что я останусь в этой золотой клетке, то он глубоко ошибается. Чтобы возродить со мной какие-нибудь отношения, ему нужно будет научиться считаться с моим мнением, свободой и желаниями. При этом я хочу жить у себя дома, и встречаться с Ником на нейтральной стороне. Хотя бы первое время. В другом случае, между нами ничего не выйдет, я не умею жить в неволе!

Эти мысли немного успокаивают меня, придают уверенности, что всё решу, налажу, и я приступаю разбирать пакеты.

В первом пакете нахожу несколько великолепных комплектов белья, не простой комплекции, а словно для девочек, которые надают секс услуги. Во втором: пеньюары, ночные сорочки, чулки. В третьем, две пары туфель на высоком каблуке. А в четвёртом пакете три, откровенных платья, с разрезом на ноге, короткие, с глубоким вырезом на спине или глубоким декольте. Одно платье, серебряного цвета, вообще имело в себе всё перечисленное. Меня одели словно проститутку…

Ну что ж! Это лучше чем обнажённой. Хочет Ник сексуальности, будет так.

Надеваю черное кружевное бельё, того же цвета чулки и красное, короткое платье с глубоким декольте. Самое приличное… по моему мнению.

Всё отлично подошло, не смотря на то, что мерки были сняты не точь-в-точь, а с запасом.

Покидаю комнату, медленно спускаюсь вниз, стараясь не цокать каблуками, и застываю в нерешительности, совсем не понимая, где находится необходимая кухня. Оглядываюсь по сторонам и в этот момент в гостиную со двора, заходит Ник и Артём, притом, совсем не замечая меня.

— Я не знаю Ник, она или слишком умная, или чего-то боится, — говорит раздражённо Артём, направляясь к огромному дивану, и я замираю. — Парни ночью взломали замок её квартиры, перерыли всё кверху дном, но не нашли ни единого документа, который подтверждал бы её личность!

А моё сердце пропускает удар. Потому что я сразу догадалась о ком идёт речь.

После похищения, на остановке, когда меня лишила воли на долгих, три дня, мои документы в сумочке были утеряны. Мне пришлось не один месяц восстанавливать их, много ездить, навещать детский дом. Именно это и научило меня быть более осмотрительной. К тому же, некоторое время, мне казалось, что за мной идёт слежка.

Я нашла себе квартиру без оформлений каких-либо документов, договорилась высылать деньги за аренду хозяйке на карточку, с трудом заслужив её доверие. Кроме того, на работе я оформлена не официально, и в столице вообще нигде не зарегистрирована. Провинциалка.

Живу себе четыре года в квартире, почти ни с кем не общаясь, а в друзьях имею только Машку и…теперь только её.

А паспорт, код и другие документы с учёбы, храню в укромном месте, под шкафом. Они мне очень редко пригождаются, поэтому я почти туда не заглядываю. К счастью кредитов не имею и очень редко выхожу гулять. Все мои дни, протекали на работе, дома, у Генки или Машки.

Меня никогда не покидала надежда, что я переживу этот страх. Пройдут года, забуду, вернусь к нормальной жизни, но, мой привычный ритм не менялся, на институт собрать не смогла, и получилось так, что не зачем было себя проявлять. А потом, я привыкла, к этим рамкам, и ограничениям. Так мне было спокойней и безопасней.

— Детдом? — вдруг бросает Ник, вырывая меня из собственных раздумий, осознавая, что и эту информацию он использовал для своей выгоды.

— Проверяют все. Доклад будет вечером, — отчитывается Артём.

— А что с Волковой? — спрашивает недовольным тоном. Роет. Никак не угомонится. Словно я преступница какая-то. Спросил бы сейчас, после того что между нами было, я бы и сама ответила. Но теперь…

— У меня дома. Молчит, — ухмыльнувшись, отвечает он. — Сказал, что применю пытки и дал ей пару часов времени. Дикая кошечка, — смеется он, показывая свой расцарапанный торс, а у меня сердце сжимается от страха. — Думаю, сегодня она расколется.

— У тебя слишком мало времени Артём. Мне нужна информация, — предупреждает Ник.