— Она заколдована, — заключил Фриссон. — Что тогда толку отвязывать девушку?

— Никакого, естественно. От ножа даже царапинок на этой коже не остается. Ты хочешь сказать, что...

Но тут распахнулись двери, и в комнату ворвались стражники, вооруженные пиками. А за ними шла Сюэтэ. Она захлопнула двери и каркнула:

— Попались! Попались в мою ловушку, как крысы! Убейте их, убейте скорее, и чтобы духу их не осталось!

Я схватил железный сапог и запустил им в ближайшего стражника. Он упал. Крысолов очнулся, взял с лабораторного стола осколок посуды и швырнул в стражников. Я выставил нож и занял боевую позицию. Под ложечкой у меня противно сосало, я понимал, что шансов остаться в живых у меня маловато, но Фриссон уже перелистнул свою антологию, выбрал обрывок пергамента и пропел:

— А вот и мы! — раздался приглушенный голос с другой стороны двери, и деревянные створки рассыпались в порошок. В комнату влетела светящаяся точка — такая яркая, что меня на миг ослепило. Снова послышался голосок — ну, прямо как из синтезатора: — Вот вам и спасение, дружба за дружбу!

— Демон Максвелла! — радостно воскликнул я. А следом в комнату вбежал Жильбер! А за ним — Черный Рыцарь, которого я видел снизу, когда еще был крысой. А за ним — рыцарь с длинными белокурыми волосами и в золотой короне — и снова я был потрясен, поняв, что это женщина. А потом — тот рыцарь в синем, что сидел на драконе. Позади них послышался рев, и соседняя комната наполнилась языками пламени.

Находившиеся там стражники в страхе закричали.

— Он не войдет! — взвизгнула Сюэтэ.

— Зато мы уже вошли, — презрительно бросил рыцарь в синем, выставив меч, он приставил его кончик к груди Сюэтэ, но тут один из стражников бросился вперед и выбил меч из рук рыцаря.

Рыцари и стражники королевы схватились не на жизнь, а на смерть. Конечно, рыцарей было всего четверо, и пятый сквайр, но зато все они были в стальных доспехах. Вдобавок светящаяся точка металась от одного стражника к другому, и, будь я проклят, стоило ей до кого-то дотронуться, как он моментально падал без чувств.

— Освободи тело! — крикнул рыцарь в синем, и искорка метнулась к ремням, которыми была связана Анжелика.

Синий рыцарь отбился от стражника Сюэтэ и снова оказался лицом к лицу с королевой. Он запел:

Сюэтэ замерла. Синий Рыцарь бросился ко мне.

— Надолго не хватит, но этого достаточно, чтобы... Поль?!

Я узнал его голос, а еще через секунду, когда он рывком поднял забрало, я узнал и его лицо.

— Мэт!!! Какого... Что ты тут делаешь?!

— Спасаю твою шкуру и, кроме того, по чистой случайности свергаю подлую и злобную узурпаторшу! У моей королевы было видение, в котором ее призвали отправиться на помощь какому-то знахарю, потому что этот знахарь якобы мог излечить Аллюстрию от злобного колдовства!

— Здорово? Ну, ты его нашел?

Но тут лающий хохот вывел меня из блаженного состояния радости встречи с другом. Я развернулся и увидел, что Сюэтэ схватила освобожденное от ремней тело Анжелики за руку. Из складок платья мерзкая королева вынула розовый флакончик.

— Глупец! — крикнула она мне. — В той бутылке — колдовской клей. Душа девицы вот где! И теперь ее уже нет!

— Макс! — крикнул Мэт. — Помешай ей!

— Как? — протянула искорка.

А Сюэтэ уже что-то запела на замысловатом древнем языке. Она делала руками какие-то жесты и таяла прямо на глазах. И Анжелика тоже.

Фриссон прокричал:

И злобная королева исчезла.

Ее стража струхнула. Воины отступили, бросили оружие.

— Просим милосердия! Сдаемся! Сдаемся! — кричали они.

Я взвыл от отчаяния.

— Я виноват, виноват! — кричал Фриссон. — Нужно же было что-то делать, а я ничего лучше не придумал.

— Ты хорошо поступил, — заверил его Мэт. — Действительно, литературными изысками заниматься было некогда. И по крайней мере мы знаем, где она.

— Знаем? — К Мэту подошла высокая блондинка. Вид у нее был прямо-таки разъяренный. — Тут четыре башни. Как мы узнаем, в какой из них она?